Вопреки ожиданиям, здесь было довольно шумно и людно. Несколько столов были заняты исключительно мужчинами разных возрастов, но, судя по их одежде, самых низких сословий. Все они пили, переговаривались и играли в карты. Меж столами сновали трое угрюмых, суровых подавальщиков в засаленных зелёных фартуках. Они же принимали ставки и отвечали за порядок игры, правил которой Варя не знала.
Пётр, который подошёл к своему месту за одним из столов и хотел было сесть, уже взявшись за спинку стула, чтобы его отодвинуть, заметил появление Воронцовой. Он оставался одним из немногих трезвых людей в рюмочной.
Лицо юноши вытянулось, едва он увидел Варю на пороге. Он наклонился и что-то коротко сказал соседу слева, а затем быстрым шагом направился к ней.
Воронцова приметила лёгкую, небрежную щетину на его лице, сердитую морщинку меж бровями, а ещё полинявшую рубаху цвета олова с закатанными по локоть рукавами. На обнажённых предплечьях, покрытых тёмными волосками, выделялись ниточки мелких светлых шрамов, которыми обыкновенно обзаводятся все крестьянские мальчишки в первые же десять лет жизни. У Петра таких шрамов было очень много. Чёрные штаны, напоминавшие брюки от какой-то рабочей униформы, держались на нём благодаря широким кожаным подтяжкам потёртого вида. Не менее потёртыми выглядели и ботинки.
– Вот так сюрприз, барышня, – без тени радости произнёс Пётр вместо приветствия.
Он ловко приобнял её одной рукой за плечи и отвёл в сторону, а затем встал так, чтобы спиной прикрыть её от остального зала. Пётр понизил голос и сказал:
– Вы зря заявились. Тут вам не институт и не картинная галерея. Местечко не для благовоспитанной дамы, Варвара Николаевна.
– Благодарю, но я справлюсь без вашей протекции. – Варя гордо задрала нос.
В зале раздался новый взрыв хохота, и она попыталась выглянуть из-за плеча Петра, но тот помешал ей.
– Как вы вообще меня нашли, позвольте узнать?
Вместо ответа она протянула ему обрывок листовки, на которой он оставил для неё записку.
Пётр стиснул зубы, чтобы не разразиться бранью, и закатил глаза. Ему потребовалось несколько мгновений, дабы унять негодование. Варя тем временем сказала:
– Я пришла, потому что волновалась. Вы не явились. И я думала, что с вами что-то случилось. Кстати, откуда у вас объявление? Оно ведь старое настолько, что потеряло всякий смысл. Судя по всему, магазин через дорогу давно не принадлежит Апраксину. Я вас отыскала только благодаря помощи извозчика, который сообразил про обувной магазин.
– Я оставил записку, как вы просили. – Пётр скомкал листок и бросил на ближайший пустой стол. Вопрос про Апраксина он оставил без внимания. – Сказал же, новостей нет. Тот, – Пётр понизил голос, – человек на связь больше не выходил. И даже если бы со мной случилось что-то, вы бы мне ничем не помогли, сударыня.
– Напрасно вы так думаете. – Варя всё же выглянула из-за его плеча, чтобы получше рассмотреть собравшихся и обстановку. – Пьяным народом легче управлять[19], как говорят. И я правда беспокоилась за вас. С Обуховым пока ничего не вышло. Я была у него дома, но застала только его сына. Крайне неприветливый человек. Совсем как вы, любезный. Вы бы с ним точно поладили.
Она подняла на него глаза.
Пётр стоял неподвижно, заложив большие пальцы за лямки потёртых подтяжек на уровне подмышек и рассматривал Варю практически в упор. На лице читалась смесь удивления и негодования.
– А что это за место? – прошептала она. – Не похоже на обычный трактир, насколько я могу судить. Это какой-то игорный притон? Властям о нём известно?
Пётр с шумом вдохнул через нос.
– В институте знают, где вы? – вопросом на вопрос ответил он. – Сомневаюсь, что вас отпустили добровольно. Или вы извели их, как и меня?
Варя ответила язвительной улыбкой.
– Что вы думаете делать, чтобы отыскать заказчика? – Времени у неё было мало, поэтому Воронцова решила покончить с любезностями.
– Ничего.
– Что значит, ничего?!
– Не шумите, Варвара Николаевна. – Его большая, грубая ладонь легла на её плечо. – Я уверен, что он сам меня отыщет со дня на день. Не переживайте.
– А посыльные? – Она нервно облизала губы. – Те мальчики, которые приносили вам записки с указаниями?
– С одним из них я пересекусь на неделе. И тогда…
Он не успел закончить мысль, потому что в их сторону шёл один из половых с крайне недовольным видом.
– Яшка! – прикрикнул он, а затем тише добавил, мотнув головой в сторону столов: – Иди работай. Люди ждут. – После чего скрылся за дверью в кухню.
Варя упёрлась руками в бока.
– Яшка? Яков, значит? – Она прикрыла глаза, чтобы унять вспышку собственного раздражения. – Mon Dieu! Выходит, не Пётр вовсе? Вы меня обманули.
Юноша пожал плечами и невозмутимо ответил:
– А чего вы, барышня, ждали? У всех свои интересы. По вашим правилам играть никто не будет. Не только я. Уж извиняйте.
Он развёл руками.
Девушка бросила ещё один взгляд в сторону столов и с горечью усмехнулась:
