— Стоп-стоп! — резко прервал Саблин. Услышав про суицид, он следил за беседой лейтенантов не очень внимательно, но последние слова Синицына его зацепили.
— Саш, что ты сказал?
— Возможно, лицо повредилось о берег реки.
— Нет-нет, до этого.
— Под мостом мало льда… предположил, что девушка с него спрыгнула или упала.
Следователь щёлкнул пальцами.
— Вот! Она упала с моста! — лицо Саблина приняло сосредоточенное выражение. — С моста… Зацепившись хвостиком, коза свалилась с мостика, — пробормотал он.
Дина и Саша переглянулись.
— Товарищ майор, — осторожно произнесла Максимова. — О чём вы? Какая ещё коза?
Саблин молча выдвинул ящик стола и достал пакет для улик. Он надел одноразовые перчатки, вытаскивая красные конверты.
Дина и Синицын внимательно наблюдали за следователем, который извлёк две белые плотные бумажки из конвертов и положил на стол.
— Прочтите, — предложил Саблин.
Лейтенанты, озадаченные происходящим, приблизились.
— Что это? — спросила Максимова, быстро пробежав глазами текст.
— Один из этих конвертов был подброшен на дачу Смирнова, а второй вчера мне под дверь квартиры.
— Какие-то детские стишки, — хмыкнул Саша.
— Увидев первую записку, я тоже так решил, но когда появилась вторая… — Саблин покачал головой. — Не уверен, что участвовали дети.
— Полагаете, это какие-то угрозы? Или… предупреждения для вас со Смирновым?
— Да. Вне всяких сомнений. И я не понимал их значение. Но сейчас, когда речь пошла про утонувшую девушку, вспомнил про второй конверт.
— Зацепившись хвостиком, коза свалилась с мостика. Сложно вам со мной играть, когда правил не понять, — прочитала вслух Дина. — Хотите сказать, в этом стишке речь про нашу утопленницу?
— Именно так я и подумал.
— Но Шульц предположил самоубийство.
— Предположил! — повторил Саблин. — А вдруг Саша прав? Если она упала с моста? И тогда мы получаем что?
— Убийство, — тихо сообщил Синицын.
Максимова сняла пальто и повесила его на вешалку в кабинете.
— Но почему сразу убийство? Девушка могла сама спрыгнуть с моста. Если, конечно, просто не утопилась. Необходимо будет уточнить у Шульца.
— Конверты, Дина, конверты! — сказал Саблин. — Это не совпадение! Во втором четверостишье речь идёт о мосте, с которого упало несчастное животное, и не проходит и суток, как у нас утонувшая девушка.
Старший лейтенант нахмурилась.
— Тогда должен быть ещё труп, связанный с первым конвертом. Что-то про варенье и мошек.
— Да-да, ты права, — следователь сел в кресло, задумавшись.
— Может быть, но не в нашем районе. Надо посмотреть сводки, — предложил Саша.
— Отличная идея, — Саблин кивнул.
— Когда вы получили первый конверт?
— В прошлый четверг.
— Тогда это сводки за прошлую неделю. Они должны быть в распечатках в вашей почте. Я оставлял, — Синицын кивнул на тумбочку, где лежала кипа бумаг.
Саблин встал и взял в руки внушительную стопку писем, рекламных буклетов и газет. Он начал перебирать бумаги, ища сводку и откладывая ненужное обратно на тумбочку.
Внезапно из середины стопки что-то выпало на пол. Тихий шлепок бумаги по ковролину прозвучал в кабинете, словно грохот. Все замерли.
Следователь медленно наклонился и поднял упавший предмет.
В его руке был красный конверт. Точно такой же, как те два, лежавшие на столе.
Воцарилась тишина. Лица присутствующих выражали смесь шока и недоумения.
— Это… это невозможно, — прошептал Саша, глядя на третий красный конверт в руке майора.
Саблин молча смотрел на послание, чувствуя, как в животе что-то неприятно сжалось. Неизвестный явно играл с ними и становился всё более дерзким. Теперь у следователя было три четверостишия и понимание того, что кто-то наблюдает за ним, подбрасывая эти послания прямо под нос. Игра началась всерьёз.
Майор отбросил бумаги на тумбочку и вскрыл конверт, уже не заботясь об отпечатках. Некогда больше возиться с перчатками. Если на посланиях есть пальчики неизвестного, то их и так найдут, исключив Саблина.
Внутри, как всегда, находился один листок с четверостишием, написанный тем же почерком.
Следователь прочитал вслух:
Каждое слово резонировало в сознании Саблина. Он мысленно искал связь между всеми тремя стихотворениями. Закончив читать, быстро взглянул на Синицына.
— Когда и кто положил почту?
— Я сам, — ответил Саша. — В понедельник, на прошлой неделе. Мне её передал Петренко и попросил оставить в кабинете.
Саблин бросил конверт на стол и выбежал в коридор. Дина и Синицын поспешили за ним.
Внезапное чувство злости кольнуло следователя. Две яркие мысли, будто молнии, пронзили его, но принять их было невозможно, тяжело, дико!
Команда спустилась в вестибюль участка, направляясь к дежурному.
— Петренко, — начал Саблин сдержанным тоном. — Приветствую. Скажи, кто передал мне красный конверт в прошлый понедельник?
Старшина нахмурил брови, вспоминая.