Лестница не кончалась, но наконец, после изнурительного подъёма, он достиг замкнутого помещения, сложенного из грубого камня. Но вокруг ни выхода, ни продолжения. Смирнов не сдавался. Он внимательно осмотрел стены и вскоре обнаружил едва заметный проход, тянувшийся вглубь скалы.
Освещая путь фонариком, Филипп протиснулся в узкий лаз. Внутри оказалось темно и душно. После нескольких метров он достиг небольшой камеры, выдолбленной, очевидно, прямо в скале. В центре стояла массивная каменная глыба с человеческий рост, покрытая толстым слоем пыли. Писатель медленно подошёл ближе, затаив дыхание и разглядывая то, что находилось внутри неё. Там, словно вмурованное в глыбу, виднелось что-то из неизвестной, окаменевшей материи, длинное и узкое, с загнутым верхним концом. Смирнов осторожно смахнул песок с поверхности и замер, не в силах поверить увиденному. Форма, размер… Всё указывало на одно.
Он нашёл его! Стоял перед ним! Перед легендарным посохом пророка Моисея.
Деревянный ствол жезла, казалось, окаменел, но навершие, изогнутое в форме пастушьей клюки, поражало своей красотой. Бледно-голубой плотный камень, из которого оно было выточено, будто излучал слабый свет.
— Боже… — не сдержался писатель.
Неужели предания говорили правду и верхняя часть посоха сделана из корунда, или иначе — сапфира? Невероятно!
Продолжая внимательно изучать древко и смахивать пыль, Смирнов заметил выгравированные символы. Он не владел ивритом, но предположил, что смотрит на первые буквы слов, обозначающие бедствия, обрушившиеся на Египет, а следом увидел надпись. Не в силах побороть волнение, Филипп ахнул. Если верить тем же легендам, перед ним было не что иное, как имя Всевышнего.
Он уже протянул руку, желая прикоснуться к реликвии, когда тишину нарушил резкий голос: «Не трогайте!»
Обернувшись, Смирнов увидел Феранси.
Джулио, задыхаясь после подъёма, сделал несколько шагов вперёд. Его лицо, обычно спокойное и приветливое, сейчас исказилось в гримасе надменности и триумфа.
— Не трогайте посох!
Филипп, ошеломлённый внезапным появлением профессора, отступил на шаг.
Феранси приблизился к глыбе, его взгляд был прикован к сапфировому навершию посоха.
— Этот артефакт — ключ. Ключ к невероятной власти и силе, которые изменят всё.
В тоне Джулио звучало что-то недоброе и почти опасное.
— Власти? — хмыкнул писатель. — Посох — историческая реликвия, символ веры для многих людей.
— Символ? Вы наивны, как ребёнок! — профессор усмехнулся. — Этот посох стоит состояние! Он давно уже не несёт никакого иного значения, кроме как круглую сумму с огромным количеством нулей.
— Ах да, — парировал Филипп, глядя на собеседника исподлобья, — я и забыл. Вы же занимаетесь продажей артефактов, а не наукой.
Феранси улыбнулся.
— Не всё так просто в этом мире. Я потратил годы, изучая древние тексты, расшифровывая забытые языки в поисках уникальных реликвий. Не стоит обесценивать мой труд только потому, что я не передаю артефакты в музей.
Филипп поморщился, чувствуя, как сказанное задело его за живое. Он уже слышал примерно такое же объяснение своих действий от родного дяди, известного профессора, который оказался основателем тайного ордена и теперь сидел в тюрьме. Он точно так же разыскивал древние реликвии, но с одной лишь разницей: не продавал, а создавал коллекцию. Но для Смирнова сути это не меняло. Артефакты похищались у мировой истории, у миллионов людей, достойных узнать правду о прошлом цивилизации.
— Вы всё время притворялись! — выпалил писатель. — Даже тогда, на Крите, не Риццоли был главным, а вы![16] Вы управляли всем, желая казаться невинной жертвой обстоятельств, чтобы не навлечь подозрений.
— Ну надо же, какая блестящая догадка! — Джулио вздохнул. — Однако, похоже, вы не так умны, как я думал.
Филипп выругался.
— Да пошёл ты!
— Фу, — профессор показал отвращение на лице. — Я был о вас лучшего мнения, — он обернулся и что-то выкрикнул на арабском. — Но спасибо за помощь. В этот раз вы куда более полезны.
— Что собираетесь сделать? — взволнованно спросил писатель.
— Как — что? Забрать свою находку.
— Стойте! Подождите! Возможно, посох опасно извлекать из гробницы!
— Не опаснее, чем его искать.
На лестнице послышался топот, и в помещение зашли несколько человек с инструментами и строительными носилками. Среди них Смирнов заметил Мухамеда. Араб бросил на писателя тяжёлый взгляд, и тут же подошли двое мужчин, отталкивая Филиппа в сторону и преграждая путь.
Смирнов беспомощно наблюдал, как каменную глыбу упаковывают с использованием современного оборудования, поднимают и выносят из помещения, предварительно расширив узкий проход к лестнице мощными отбойными молотками, подключёнными к бензиновым генераторам. Филипп морщился и чертыхался, глядя, как в сердце древней гробницы Каср аль-Фарид разворачивалась дерзкая и губительная для памятника истории операция. Профессор же, окружённый своими приспешниками с суровыми лицами, спокойно руководил извлечением находки.