– Да нет, на месте осмотримся. Технически базу можно поставить почти где угодно, поверхность не критична.
– Ну как не критична? – спросил Половинкин. – В болоте ты будешь лагерь разворачивать? Хотя да, нам же ненадолго – «Тень» достанем и улетим. Комары зажрать не успеют.
– «Комары»? – насторожился капитан. – Местные хищники?
– Хищники, хищники: кровь сосут, – с удовольствием согласился Коля, отмечая про себя очередное несовершенство автоматического переводчика. За прошедшее время серьга успела стать привычной, почти родной частью уха. Вроде комариного укуса, только не закровит.
– Гнус, – догадался Окто, – это ерунда. У вас вообще планета тихая, опасного зверья почти нет.
– Медведи, тигры есть, кашалоты, – с некоторой обидой завёлся было Половинкин, но десантник только отмахнулся:
– Говорю же, ерунда. Я по всей Империи службу тянул, чего только не видал. И вот что я тебе скажу: самый страшный хищник во вселенной – это…
– Человек! – блеснул эрудицией Коля. Он читал книжки.
– Какой человек, зачем человек? – присвистнул Окто. – Виищокк – вот самый страшный хищник. Ты бы видел клешни! Человеку против такого шансов ноль.
Капитан призадумался.
– Хотя если ты про Владыку Вейдера или вашего…
– Тихо! – прошептал Коля, указывая на дорогу. Кусты на той стороне шевельнулись, потом ещё раз. – Вот эти ребята. Планшет доставай-ка.
– Что вы маячков себе не напечатали? – ворчливо отозвался Окто, вытаскивая из заспинного кармана свой крошечный плоский телевизор.
– Не знаю, – рассеянно сказал Половинкин, – нет у нас никаких маяков, мы ж не на море. Как тут опять фотокарточку включить? Сюда нажать? Ага…
На самом деле он не особенно нуждался в том, чтобы снова рассматривать портрет командира группы советского осназа – всё-таки сержант… то есть лейтенант государственной безопасности, память профессиональная. Просто Коле нравилась эта электрическая штуковина: одновременно и книга, и карманный кинотеатр, и радио – можно читать, можно картинки рассматривать, можно клавиши нажимать, даже разговаривать. Последнее, впрочем, на фоне пережитого за последние дни впечатляло уже не так, но всё равно – очень замечательная штука!Он деловито ткнул пальцем в экран.
Читать по-инопланетному Половинкин, конечно, пока не умел. Просто запомнил последовательность странных угловатых букв, обозначавшую словосочетание «Входящие сообщения».
Жаль, что серьга-толмач переводит только устную речь, подумал Коля. Или можно было бы сделать такие, например, очки для чтения иностранной литературы: смотришь в книгу – видишь что-нибудь более понятное.
Хотя пока и так можно приспособиться: с экрана планшета знакомо хмурилась мужественная физиономия командира.
– Майор Мясников, – вполголоса «прочитал» Половинкин надпись под фотокарточкой. В принципе, буковки все простые, запросто можно выучить. И самому с планшетом управляться, без помощи Окто. Нет, капитан мужик отличный, простой, сошлись они легко. Но советский человек должен настойчиво и целеустремлённо овладевать профессией, а профессия-то у Коли сейчас простая – Родину защищать.
Дураки только думают, что война – это одна сплошная стрельба и крики «ура». Нет, самый отважный, самый умелый боец без грамотного руководства – считай, заранее покойник. А руководить с таким-то вот планшетом было б куда проще. И Коля твёрдо собирался технику союзников освоить.
– Зачем тебе? – скептически хмыкнул Окто. – Как будто профессиональный диверсант не может подделать внешность. Ты же сам из этих, чего тебе опасаться?
