— Лорд Робб Старк, леди Кейтилин, — приветствовал он их. — Император Лесандро ожидает вас в тронном зале. Прошу следовать за мной.
Процессия медленно двигалась по улицам столицы. Робб внимательно изучал происходящее вокруг. Он ожидал увидеть разграбленный город, полный мародёров и пожарищ. Вместо этого улицы были чистыми, торговцы открывали лавки, а дети играли на площадях.
— Странно, — пробормотал лорд Грейт Джон Амбер. — Где разрушения? Где трупы?
— Видимо, новый император предпочитает порядок хаосу, — ответила Кейтилин.
У ворот Красного замка их ожидала ещё одна неожиданность. Среди встречающих стоял Тирион Ланнистер — не в кандалах, а в дорогих одеждах, явно пользующийся определённой свободой.
— Лорд Старк, — поклонился он. — Добро пожаловать в новую эпоху.
— Лорд Тирион, — осторожно ответил Робб. — Не ожидал увидеть вас... в таком положении.
— Император оказался более милосердным, чем многие ожидали, — улыбнулся карлик. — Тем, кто готов служить справедливости, находится место в новом порядке.
Тронный зал встретил их преображённым видом. Железный трон исчез — на его месте стояло простое деревянное кресло, обитое красной кожей. Стены украшали не гобелены с королевскими гербами, а карты империи и изображения пламенного сердца.
За столом сидел человек лет тридцати пяти в алых одеждах красного жреца. Рядом с ним располагалась серебровласая женщина — Дейенерис Таргариен, о которой ходили легенды. По бокам стояли советники: смуглый принц с копьём, старик в кресле-каталке, седобородый мейстер.
— Робб Старк, — Лесандро поднялся навстречу гостям. — Король Севера. Честь для меня встретиться с человеком, который сумел победить Тайвина Ланнистера в открытом бою.
— Ваше величество, — Робб поклонился, но не слишком низко. — Хотя после недавних событий мой титул, видимо, нуждается в уточнении.
— Действительно, — согласился император. — Давайте обсудим это. Прошу, присаживайтесь.
Когда все заняли места за длинным столом, Лесандро перешёл прямо к делу.
— Лорд Робб, ваше восстание против Железного трона было справедливым. Ланнистеры убили вашего отца, угрожали вашим сёстрам, вторглись в ваши земли. Вы имели право сражаться.
— Благодарю за понимание, — ответил Робб. — Но вопрос в том, что происходит дальше. Семь Королевств больше не существуют, насколько я понимаю.
— Семь Королевств стали частью большей империи, — пояснила Дейенерис. — Империи, которая простирается от Вестероса до Йи Ти.
Лорд Карстарк нахмурился.
— И что это означает для Севера? Мы веками были независимыми.
— Независимыми от Юга, — поправил Лесандро. — Но не от справедливости. Скажите мне, лорд Карстарк, довольны ли вы тем, как живёт простой народ на ваших землях?
Вопрос застал лорда врасплох.
— Что... что вы имеете в виду?
— Крепостное право. Право первой ночи. Произвольные поборы. Отсутствие образования для детей бедняков. — Лесандро перечислял спокойно, но каждое слово било как молот. — Разве это справедливо?
Робб обменялся взглядом с матерью. Император затронул болезненную тему — все знали, что жизнь простолюдинов на Севере была тяжёлой.
— Мы всегда заботились о своих людях, — сказала Кейтилин.
— Заботились в рамках существующей системы, — согласился император. — Но что если система сама порочна?
Принц Доран наклонился вперёд.
— Позвольте мне рассказать о нашем опыте, лорд Старк. Дорн тоже был гордым и независимым. Но присоединившись к империи, мы получили не только автономию, но и возможность улучшить жизнь нашего народа.
— Каким образом? — спросил Робб.
— Новые дороги, школы, больницы. Справедливые суды, защита слабых, равенство перед законом. — Доран откинулся в кресле. — Мой народ стал счастливее, хотя формально потерял независимость.
Лорд Мандерли, самый прагматичный из северных лордов, задал очевидный вопрос:
— А какие условия вы предлагаете Северу?
Лесандро достал свиток с императорской печатью.
— Полная автономия во внутренних делах. Ваши законы, обычаи, традиции остаются неприкосновенными. Старые боги почитаются наравне с новыми. Винтерфелл остаётся резиденцией лорда-протектора Севера.
— Лорда-протектора? — переспросил Робб.
— Королевский титул больше не нужен в едином государстве, — пояснил император. — Но власть остаётся прежней. Вы управляете Севером, я — империей в целом.
— А в обмен?
— Признание империи, военная поддержка в случае внешней угрозы, участие в общеимперской торговле. — Лесандро сделал паузу. — И постепенные реформы для улучшения жизни простого народа.
Кейтилин задала вопрос, который мучил многих:
— А что будет с теми, кто откажется от ваших условий?
— Ничего, — спокойно ответил император. — Я не принуждаю к союзу. Но и защищать от последствий отказа не буду.
Смысл был ясен — в мире, где большинство королевств уже признало империю, оставшиеся в изоляции просто не выживут.
— Мне нужно время для размышлений, — сказал Робб. — И консультаций с лордами.
— Конечно. Но не слишком долго. — Лесандро встал. — А пока что располагайтесь как гости. Город открыт для вас.
Вечером Робб собрал совет в отведённых им покоях. Лорды Севера горячо спорили о предложении императора.
