Санти следовало предупредить об этом Ану. Накануне он собирался так и поступить. Во время рассказа о том, что играл в университетской баскетбольной команде, он мысленно репетировал историю, стараясь приукрасить ее наилучшим образом. Оправдать себя тем, что сильно напился. А за несколько дней до случившегося обнаружил на мобильном телефоне Сэм несколько сообщений, из которых становилось ясно, что она спит с коллегой. Что из-за сильного опьянения даже не смог вызвать скорую помощь. Что там, лежа на полу, он тихонько говорил, вытирая ее лицо. Что каждый вечер проводил в одиночестве, на диване, в ожидании Сэм. Его достали вопросы без ответов. Попытки поговорить, на которые она не обращала внимания. Отсутствие слов.
В его воображении Ана понимала Санти. Соглашалась, что любой может потерять контроль.
Тогда Санти решил признаться ей. А сейчас не смог. Поэтому сменил тему и вместо истории об избиении Сэм поведал о колумбийских наркоторговцах, которые промышляли в Лас-Риас-Байшас пять лет назад, когда Ана еще не работала в их полицейском участке. Пусть о Сэм рассказывать было нечего, именно о ней Санти и стоило рассказать. Хотя что он мог сказать?
Только вот Санти ничего не сказал, будучи по-настоящему измученным своей болью. Он по-настоящему нуждался в контакте с женским телом. По-настоящему хотел снова начать жить за пределами своего кабинета. А потому просто взял ее на руки и отнес в постель.
Санти быстро вытерся и надел черную футболку и джинсы. Вышел из дома и направился в полицейский участок.
Там он без остановок прошагал в свой кабинет и посмотрел на мобильный, проверяя, не прислала ли Ана сообщение. Как выяснилось, не прислала.
Тогда Санти включил компьютер и позвонил в компанию-дистрибьютор косметических товаров. Представившись, попросил соединить с директором. Далее объяснил, что лаборатория определила номер партии, к которой принадлежали те восемь бутылок. Продиктовал номер и попросил открыть данные заказа. Он также предупредил о конфиденциальном характере такой информации. Директор компании, некий Анхель Фернандес, пообещал перезвонить.
Чуть позже Санти заглянул в дверь кабинета Гонсало.
– Его нет.
Он остался на пороге, прислушиваясь к голосу Аны у себя за спиной. Напомнив себе, что здесь они только Абад и Баррозу, не больше, Санти повернулся.
– Хорошо. Не особо-то он мне и нужен.
– Ты хотел упрекнуть его за субботнее интервью. Высказывать начальнику то, что о нем думаешь, обычно не лучшая идея.
На лице Санти не шевельнулся ни единый мускул.
– Ты уже звонил в компанию по продаже крови? – спросила Ана.
– Да. Обещали перезвонить мне сегодня.
– Я позвонила домой Фернандо и Инес и поговорила с ней. Она еще не ушла на работу.
– Что, прости, ты сделала?
– Я сделала то, о чем мы говорили. Позвонила и спросила о ноже. Четко. Разговор с горничной я отложила на потом. Инес Лосано сказала, что у них есть японский нож, но она не помнит марку. Не помнит и его стоимости, поскольку его им подарили на свадьбу, хотя она считает, что он был очень дорогим. Я спросила, видела ли она этот нож в последнее время, и она ответила, что нет. Я попросила ее проверить, отыщется ли он, и… она не нашла нож.
– Дерьмо. Почему ты меня не дождалась? Что она сказала? Нервничала? Злилась?
– Была спокойной. Вела себя нормально. Только спросила, являлся ли нож, который мы искали, орудием преступления.
– И какое чувство это у тебя вызвало? Я бы переживал.
– Абсолютно нет. Она сообщила, что уезжает в нотариальную контору и будет дома около двух часов дня. Не позже. Она также сказала, что ее муж может приехать к нам утром.
– Я должен был позвонить сам.
– Я умею допрашивать свидетелей. Хотя первым делом я начала искать тебя, но ты отсутствовал. Вот почему я позвонила. И если хочешь знать правду, я уверена, что она его уже хватилась. Если дословно, она произнесла «он был очень дорогой», а не «он очень дорогой».
Санти видел, что Ана расстроена, но избегал смотреть на нее.
– Абад, – позвал его Луи с коммутатора, – тебя просят к телефону. Некий Анхель Фернандес из Вальядолида. Он говорит, что ты звонил ему десять минут назад.
– Переведи звонок в кабинет.
– Тот, что с кровью? – поинтересовалась Ана.
– Тот самый, – кивнул Санти, направляясь в кабинет.
