Затем вор стремительно – Эдвин много дней не видел от него таких быстрых движений – вскочил со стула. Язык тела изменился, юноша вновь увидел человека, который дрался с гвардейцами в Дубах. Раздался треск, ударом ноги вор расколол стул в труху, сделал неуловимое движение рукой. Лицо Эдвина обдало легким ветерком, на мгновение наступила тишина. Стоящий у двери здоровяк опустил голову, словно не веря, что из его груди торчит деревянная ножка от стула. Следом его рубаха стала стремительно краснеть, бугай издал свистящий звук и с оглушительным грохотом рухнул лицом в пол. Из-за стойки раздался визг. На все это у Сэта ушла секунда или две.
Второй охранник, стоящий по левую руку от Постулата, издал утробный рык, шагнул вперед, но, увидев Сэта в боевой стойке, замер в нерешительности, посмотрел на хозяина. Удивительно, но Иеремия снова лишь улыбнулся:
– Слухи не врали, ты все еще хорош, Старый лис. Ты прав, может, стоило взять больше людей. Но главное – качество, а не количество. Я думаю, и троих хватит.
«Троих…?»
А далее произошло сразу много всего. Сэт вывел Эдвина из ступора, со всей силы ударив ему под колени. В падении Эдвин успел удивиться, почему вспышка боли взорвалась где-то над правым ухом, а не в ногах. Он упал вперед, больно ударившись локтями; время вновь обрело привычный темп, над ним промелькнула какая-то тень, юноша со стоном откатился в сторону. Где-то впереди Иеремия рыкнул:
– К черту парня, бери Лиса!
Теплые струйки побежали по виску, заливая ухо. Эдвин, все еще не осознавая происходящего в полной мере, дрожащей рукой провел по щеке, пальцы окрасились в красный. Он ощупал эту часть головы, над ушной раковиной пальцы наткнулись на что-то вязкое и мягкое, он вскрикнул от боли. Кровь начала заливать правый глаз, прищурившись, он поднял голову и оглядел таверну. Сэта перед ним больше не было.
Вор куда-то испарился, а возле раздробленного стула, согнув ноги, как для прыжка, стоял незнакомый молодой мужчина. Смуглый, как и все западники, он, повторяя за Иеремией, был одет в черные, но гораздо более приталенные одеяния. Штаны обтягивали тонкие ноги, как вторая кожа, рубаха с закатанными рукавами была небрежно заправлена за пояс. Голова была коротко острижена, почти под ноль, а раскосые глаза напряженно оглядывали помещение. Полностью игнорируя лежащего на полу Эдвина, раскосый крутился вокруг своей оси, словно в любой момент ожидая нападения со спины.
Иеремия тоже вскочил на ноги, закрутил головой, ткнул пальцем в оставшегося охранника, открыл рот для приказа. Ни слова не успело вылететь из его рта, и внезапно, абсолютно беззвучно, за спиной бугая возник Сэт и выставленными горизонтально ладонями ударил бугая по ушам. Тот издал хрип и повалился на колени. Одно движение век, Сэта на этом месте уже не было. Постулат грязно выругался. Раскосый так же стремительно переместился ко входу в здание. Эдвин быстро отполз обратно к лестнице, ладони скользили по крови, оставляя грязные разводы на полу.
На пару мгновений все вновь замерло. Пока второй охранник корчился на полу, Эдвин в ужасе оглядел помещение. Сэт опять возник из воздуха, на этот раз за спиной парня в трико, но противник отреагировал моментально. Ожидая нападения и ориентируясь, будто по дуновению ветра, он развернулся и принял удар вора в скрещенные ладони. Отбил кулак вверх и тут же нанес ответную атаку. Эдвину привиделось, что он слышит, как ломается ребро старого вора. Под воображаемый хруст он вновь исчез, но сразу возник с другой стороны, нанес удар раскосому в затылок, тот отлетел в стену. Сэт напрыгнул ему на спину, и оба повалились на пол.
Эдвин с трудом оторвал взгляд от схватки. Иеремия куда-то испарился – либо спрятался за стойку, либо выбежал в заднюю дверь. Зато бугай, до этого хрипевший на полу, помотал бычьей головой и медленно поднялся на ноги. Мутным взглядом обвел помещение, сфокусировал взгляд на избивающих друг друга мужчинах. После наблюдения за Сэтом и его противником движения здоровяка казались замедленными. Вот он заводит руку за спину, вот в этой руке появляется нож.
Охранник медленно начал приближаться к месту борьбы. Сэт тем временем смог взять шею Раскосого в захват, тот сипел и наощупь наносил удары по голове вора. Лис терпел, сдавливая хватку и не видя, что со спины к нему приближается здоровяк с ножом.
Эдвин ладонью вытер кровь с лица. Смотря на разворачивающийся перед ним кошмар, внезапно он осознал, что гложет его в этот момент. Призрак предательства, казалось, уже покинувший его, вновь завис нечеткой дымкой за левым плечом. Никуда он не уходил, лишь скрылся на время, затаился, ожидая подходящего момента.
«Им нужен вор, на тебя всем плевать».
Юноша повернул не залитый кровью глаз к левому плечу, словно силясь рассмотреть невидимые губы, нашептывающие слова.
«Бегом на лестницу, а там окно. Никто тебя не найдет. Ты им неинтересен».
Он медленно поднялся на ноги, задним умом с удивлением понял, что колени не дрожат.
«Выбрось медальон, вернись домой. Все будет, как раньше».
