– Гааз, я понял, – Сэт поднял обе ладони вверх, – но мой горизонт планирования уже давно сжался до нескольких дней, а не недель. И уж точно не месяцев. Я благодарен тебе за помощь, не зря мы шли сюда от центра Срединных земель. Но впереди теперь замаячили проблемы куда более насущные, чем забота о моем здоровье.
– Я все понимаю. Главное, помни, что теперь ты отвечаешь не только за себя.
Эдвин поймал взгляд врача, для порядка возмутился:
– Кто еще за кого отвечает.
Ани хмыкнула, но Сэт серьезно кивнул:
– Заметь, Парацельс, он прекрасно справился.
Доктор грустно покачал головой:
– Когда у меня на пороге посреди ночи появляется незнакомый, залитый кровью молодой человек с совершенно безумными глазами, я не считаю, что это «прекрасно». И я, в отличие от тебя, уже слишком стар, чтобы позволить себе ответственность за кого-то. С годами подобный груз все сильнее давит, тебе ли не знать.
Сэт помрачнел, но согласно кивнул. Ани перевела взгляд с одного на другого, затем вздохнула:
– Для старых друзей, встретившихся после долгой разлуки, вы слишком быстро скатились в меланхолию.
– Ты просто не присутствовала на наших посиделках в былые времена. – Казалось Сэт даже готов подмигнуть ей. – Парацельс журил нас за каждую полученную рану. Словно мы не солдаты на войне, а мальчишки, бездумно сбивающие колени в кровь.
– Есть ли разница? – Парацельс устало вздохнул. – К слову об этом… Друг мой, я рад, что ты очнулся. Но я шел сюда, неся в себе довольно странные и пугающие вести.
– Когда было иначе? Еще более странные, чем все, что я услышал перед этим?
– Боюсь, что да.
В голосе врача прорезалось нечто такое, что Эдвин весь обратился в слух, Ани вновь отложила иголку, Лис нахмурился.
– Я обошел несколько аптекарских лавок, очень аккуратно, постоянно держа в голове Иеремию и его людей. К счастью, обошлось без сюрпризов. Но до этого мы безвылазно провели два дня в этом помещении, поэтому я был крайне удивлен услышать то, о чем судачат люди. Я перекинулся парой слов с каждым встречным лекарем, в паре мест, помимо меня, были другие посетители, да даже бродяги на обочинах. Умы всех встречных людей занимает лишь одно.
– Что же?
– Пришли новости из Столичных земель. Большое несчастье. Не знаю, насколько можно верить услышанному, уж слишком это невероятно, но… По слухам, половины Фарота не стало. Один из белоголовых покинул Мир и прибрал с собой огромную часть города. Большая часть крепости Осфетида теперь держится на честном слове, а город наполовину превратился в кратер.
В комнате повисло молчание. Пока Эдвин пытался переварить услышанное, Ани прошептала:
– Как такое возможно? Может, просто слухи?
– Слухи, о которых судачит каждый человек в городе. – Парацельс покачал головой. – Хотелось бы, но я не страдаю излишним оптимизмом.
– Фарот… О чем идет речь?
Сэт перевел взгляд на Эдвина, прокашлялся:
– Один из самых больших городов в Симфарее, ближайший к столице. Во всех смыслах. Аргент и Фарот повязаны не только территориально, но и политически, родственно и много как еще. И если вспомнить, что никаких инцидентов с белоголовыми, во всяком случае общеизвестных, не допускали уже десятки лет… Учитывая масштаб новости, она действительно звучит невероятно.
– Да, – Гааз сложил руки на коленях, – но все говорят примерно одно. Два дня назад, сразу после рассвета, я как раз штопал тебя в этой самой комнате… Фарот затрясло, затем головная боль – все, как описывают в подобных историях. Многие получили травмы, даже не находясь в эпицентре. При обычной тряске подается сильнейшая нагрузка на кровеносные сосуды, боюсь представить, что люди почувствовали в Фароте тот момент. Белоголовые давно не покидали Мир таким образом.
– Если это правда… Вильгельму будет чем заняться в ближайшее время.
Доктор гневно посмотрел на Лиса:
– Забудь о своих личных счетах. Если это правда, то такой инцидент унес жизни десятков тысяч людей. Аргент в панике, к городу стягивают гвардейцев. Церковь пытается успокоить людей, сразу вылезло множество особо верующих, кричащих, что то воля Годвина или послание от изначальных. И когда я говорю «успокоить», это значит, что церковники ходят по улицам в сопровождении стражников и выбивают все дерьмо из каждого, кто им не нравится. Фарот погрузился в хаос.
– Даже если это все правда, – Ани нервно облокотилась на стол, – как та же церковь могла допустить подобное? С их проверяющими и постулатами?
– Девочка, я не знаю. В воздухе висит запах больших перемен, я чувствую это даже здесь, далеко от Столичных земель. Подобное не может пройти бесследно – для церкви, для правительства, для обычных людей, для всей Симфареи. Об истинных последствиях люди прочитают в исторических книгах, через много лет. А нам придется жить среди всего этого.
– Не жили хорошо, так нечего и начинать. – Сэт провел ладонью по волосам. – Мне жаль людей, Гааз, не смотри на меня так. Нам ли не знать цену человеческой жизни. Но если все правда так, как ты говоришь… Мне нужно подумать.
