К сожалению, экономическая политика министерства финансов страдала недостатком покровительства национальной промышленности; слишком льготный для Германии торговый с ней договор стеснил наиболее важные или культурные отрасли нашей промышленности (особенно машинное производство), а старание привлечь иностранные капиталы для разработки наших естественных богатств отдало в их руки наиболее прибыльные предметы, например добычу нефти на Кавказе, добычу железа, каменного угля и других руд в южных областях России. Иностранцы на этих предприятиях гораздо более вывозили капиталов из России, чем привозили. (Например, русские свою собственную нефть должны покупать у них дорогою ценою.) Кроме того, финансовое управление отличалось частыми внешними займами, обременившими наш бюджет огромным платежом процентов заграничным банкирам, а сосредоточенная в руках казны винная монополия не принесла ожидаемых следствий в смысле ослабления народного порока, т. е. пьянства.
По объединению инородческих окраин с центром государства продолжались отчасти некоторые меры, начатые при Александре III, например распространение в них государственного, т. е. русского, языка. Особенно обращено было внимание на сближение Финляндии с Россией. С сею целью генерал-губернатором назначен был туда умный, патриотический генерал Бобриков, который начал последовательно и неуклонно проводить сие сближение. Между прочим, было отменено формирование особого Финляндского войска.
Эти мирные работы были прерваны наступившими событиями внешней политики.
Хотя дружественные отношения к западным соседям продолжались, а с Францией подтвержден тесный союз, возникший при Александре III, но наступательная политика наша на Дальнем Востоке и подстрекательства некоторых держав вызвали политические осложнения, приведшие к бедственной войне.
Когда государь император Николай Александрович вступил на престол, между Китаем и Японией происходила война главным образом из-за вопроса: кому из них должна подчиняться Корея как вассальное государство? Япония взяла решительный перевес и завоевала часть Южной Маньчжурии, именно Ляодунский полуостров с гаванью Порт-Артуром на Желтом море, тогда русская дипломатия (министр иностранных дел князь Лобанов-Ростовский) совместно с германской и французской вступилась за побежденных китайцев и принудила японцев возвратить Китаю Ляодунский полуостров. Япония после того стала питать вражду к России. Эта вражда и жажда мести еще более усилились, когда русское правительство (министр иностранных дел граф Муравьев) по соглашению с китайским правительством получило в свое обладание помянутый Порт-Артур, чтобы иметь незамерзающую военную гавань на Тихом океане. А министр финансов (Витте), уже строивший по китайской территории русскую железную дорогу к Владивостоку, начал от нее строить такую же дорогу к Порт-Артуру чрез всю Китайскую Маньчжурию. Вскоре потом против русских и других европейцев произошло в Китае мятежное движение, во время которого мятежники разрушили строившуюся Маньчжурскую дорогу (1900). Это движение было подавлено общими силами европейцев, причем русские войска принуждены были занять значительную часть Маньчжурии, чтобы обезопасить свою дорогу и сообщения с Порт-Артуром[203].
Английское правительство, постоянно опасающееся за свое владычество в Индии и всеми средствами старающееся отвлечь от нее внимание России, искусно воспользовалось затаенною ненавистью к нам японцев, заключило с ними союз, который понудил их к открытой борьбе с Россией. Японцы стали настаивать на очищении Маньчжурии от русских войск и предъявили в Петербурге разные другие требования. Когда же переговоры, веденные министром иностранных дел (графом Ламздорфом), не привели к соглашению, то японские миноносцы без объявления войны внезапно ночью напали на русские броненосцы, стоявшие на порт-артурском рейде, и некоторым из них причинили большие повреждения (январь 1904 года).
Русская дальневосточная эскадра, и без того бывшая слабее японского флота, теперь подверглась блокаде. Вновь назначенный начальником ее превосходный адмирал Макаров едва успел предпринять деятельную, энергичную оборону, как его корабль наскочил на приготовленную японцами подводную мину и опрокинулся; в числе многих погибших при сем находился и адмирал. Преемники его пытались прорваться сквозь неприятельский флот и уйти во Владивосток, но тщетно.
