Опять шли через лес неведомо куда. Ситуация все больше принимала форму безнадежной. У Гриши вся душа изболелась за его настоящее тело, что лежало в ретрансляторе вторые сутки некормленое и в уборную не ходившее. Кто его знает, что от этих стрельцов ждать? Вдруг они извращенцы через одного? Теперь стащили штаны с бесчувственного тела и любуются, а то и трогают все грязными немытыми руками. Еще хорошо, если Ярославна трогает, а если старый вождь….
– Достало все! – проворчал Гриша, и, для поднятия тонуса, ударил Тита палкой по голове. Прочная палка с треском переломилась надвое, Тит почесал репу, поднял взгляд к небу и удивленно спросил:
– Али дождик накрапывает?
Гриша бросил обломок в траву, и стал выискивать новое орудие. На глаза попалось целое дерево, поваленное то ли ветром, то ли годами. Одному такое бревно было не поднять, но вот были бы тут Колька Скунс да Степка Жмот, втроем бы сдюжили. Грише стало интересно, выдержит ли голова Тита удар деревом, и он, задумавшись над этим, сам не заметил, как вывалился из леса. Перед ним простерлась просека, по ее центру протянулась дорога. На обочине высился какой-то знак. Гриша подошел и прочел:
– Владения помещика Тарасова. Ну, Тит, хоть раз в жизни повезло. Нам же к Тарасову и надо.
– Почто к Тарасову? – удивился Тит. – Мы холопы помещика Орлова, его рабы и слуги верные.
– Тебе, лохматому, не все ли равно, чью задницу лизать? – брезгливо проворчал Гриша. – Задницы все на одно лицо.
Тут он многозначительно подмигнул Титу, и сказал:
– Хотя с этим можно поспорить. Сладкая попа барыни Танечки мне больше нравится, чем вонючее седалище ее папаши.
– Барыня… – страстно замычал Тит.
– Иди-иди! – прикрикнул Гриша, отвешивая Титу разгонный пинок. – Не время сейчас о попах думать. Работы у нас до хрена и выше. Меня там миллионы ждут и блондинки, а я тут с тобой по лесам брожу.
– Люблю барыню крепко, – признался Тит.
– Ей ты тоже симпатичен, – заверил спутника Гриша. – Вернемся, сделаешь ей предложение.
– С ума-разума свела, – жаловался Тит на ходу. – Воистину сосуд греха. Прежде о боге думал, а ныне о ней одной. Хочу ее, окаянную, шибко.
– Ну, допустим, ума-разума у тебя никогда и не было, так что на Танечку не клевещи. Но, в остальном, должен с тобой согласиться – о такой попе думать приятнее, чем о боге.
Через поля они добрались до имения помещика Тарасова. Днем все холопы были на виду, и Гриша решил выждать до вечера, после чего попытаться незаметно затесаться в крепостной коллектив. Чтобы скоротать время, они устроились в небольшой рощице на раю поля, за которым раскинулось имение. Гриша тут же упал на траву и послал свое сознание в родную реальность – проведать тело, ну а Тит присел под дерево, сунул руку в штаны и крепко возмечтал о Танечке.
– Тебя почти две суток не было! Мы уже стали беспокоиться.
Такими словами встретила его Ярославна.
– Ты тоже обо мне волновалась? – обрадовался Гриша. – Не волнуйся. Пока я на тебя не влезу – не умру.
– В таком случае у тебя все шансы жить вечно, – проворчала девушка. – Вставай. Наш руководитель хочет с тобой поговорить.
– А пошел бы он! – сердито бросил Гриша. – Я устал, хочу жрать, пить и на параше поскучать.
– Тебя накормят. Только кушай быстро. Наш руководитель не любит ждать.
– Во-во! Ваш руководитель. Не мой! Мне он пока еще ни одной зарплаты не выплатил, чтобы я к нему бегом бегал.
И все же Гриша не стал конфликтовать, не желая обострять отношения с новыми союзниками. Он послушно проследовал за Ярославной в столовую, где его накормили постными щами из крапивы, котлетами из подорожника, а на десерт дали стакан лопухового нектара. При этом за соседним столиком сидела страшная Мариночка, которую Гриша осыпал комплиментами в день своего прибытия, и демонстративно, явно издеваясь, потребляла что-то мясное и очень вкусное.
– Почему я опять ем парашу? – возмущался Гриша, размазывая по тарелке котлету из подорожника.
– Это все для твоего же блага, – заверила Ярославна, прихлебывая свой кофе.
– А вон та телка за соседним столиком наворачивает мясо! О ее благе ты не печешься?
– Она не настолько ценный сотрудник.
– Блин, ну я вообще везунчик! Когда получу свои бабки, куплю быка и приготовлю из него царь-гамбургер с карусель размером. Один его буду кушать, ни с кем не поделюсь! Остальных рядом построю, чтобы смотрели и слюнями истекали.
Тут Мариночка, уже откровенно наслаждаясь местью, стала с причмокиванием и облизыванием губ погружать в себя пирожное с кремовой начинкой. Из Гришиного рта на стол закапала слюна.
– Ну, зараза! – прорычал он, резко поднявшись из-за стола.
Испуганная Мариночка завизжала и убежала из столовой, Гриша бросился к ее столу, чтобы доесть пирожное, но Ярославна вовремя поймала его за руку.
– Нельзя, – мягко сказал она. – Эта еда может подорвать твое драгоценное здоровье. Где мы будем искать такого же талантливого оператора, если ты заболеешь? Пойдем лучше к руководителю.
– На парашу жажду! – волком глядя на Ярославну, объявил Гриша.
– Хорошо. Но только не засиживайся там.
