— Для легкого седока скакун в самый раз, — отозвался священник. — Не волнуйтесь, я от вас не отстану.
Красный Хью усмехнулся, приподнялся в седле и поправил перевязь меча.
— Тогда поехали.
Как же прекрасно было мчаться с грохотом по волнам земли, укрытым июньской зеленью! На равнину Махери в Роскоммоне они выехали уже под луной; войско-призрак раскинулось крыльями по обе стороны от своих предводителей и тянулось за ними длинным шлейфом. Какая это была радость — предвкушать, что наконец-то они нанесут ответный удар!
Наутро оба лагеря утонули в густом белом тумане. Слышно было, как англичане шумят, гремят оружием, как перекликаются часовые и тихонько ржут лошади. Но разглядеть ничего было нельзя. Словно исполинское, бледное тело какого-то великана простерлось на равнине. Красный Хью и Магуайр поехали отыскать местечко повыше — и нашли такое, но и оттуда не разглядели ничего, кроме сэра Ричарда Бингема верхом на коне, стоявшего на другом пригорке. У ног его коня клубилась молочная дымка. Было понятно, что Бингем тоже ничего не видит.
Положившись на чутье своих лошадей, Лис и Пес вернулись туда, где их люди собирались на битву. Некоторые приветствовали своих командиров криками — наугад, вслепую. Епископ Магавран, захвативший с собой кожаную суму с серебряными священными сосудами, служил мессу за походным столом. Люди подходили к нему и преклоняли колени прямо на мокрой траве; епископ давал каждому освященную гостию и над каждым бормотал
— Чьи это слова, отче? — обернулся к нему Магуайр.
— Божьи! — крикнул в ответ епископ. — Это Бог рассказывал Иову о Своих чудесных творениях! — Он ударил коня пятками и почти поравнялся с Магуайром. — «При трубном звуке он издает голос: гу! гу! и издалека чует битву, громкие голоса вождей и крик».
Тут прелат рассмеялся, и Магуайр — вместе с ним. И в тот же миг они столкнулись с врагом, и это было ужасно, потому что совершенно внезапно. Несметные полчища призраков неслись на них с воплями из белого, ослепительно сияющего под солнцем тумана.
Туман только-только начал расползаться клочьями, когда сэр Ричард дал приказ отступать. Англичане ничего не добились. Ирландские керны и галлогласы стояли твердо, и теперь, когда друга стало возможно отличить от врага, может, и стоило бы попытаться проредить их ряды основательнее. Но Бингем все же отвел войска. Ирландцы остались на поле собирать убитых и раненых. Хью Магуайра и Красного Хью подозвали взглянуть на одного из мертвецов — удостовериться и подтвердить, что это и впрямь Эдмунд Магавран, примас Ирландии. Красный Хью встал на колени и перекрестился. У ног коня лежал меч с окровавленной рукоятью; казалось, он выпал из руки епископа. Где же Магавран его взял? Или то был английский клинок, нанесший ему удар?
— Я несу весть вашим милостям, — промолвил он и дождался кивка, разрешающего продолжать. — Вас ждут неподалеку отсюда, в месте под названием Круахан. Те, что ожидают там, приглашают вас на встречу.
— А ты кто таков, чтобы мы тебя послушали? — спросил Красный Хью.
— Тот, кто знает, — ответил гонец. — Знает, что нужно.
— Я слыхал об этом месте, — сказал Магуайр. — Это там похоронены предки древних королей Запада. Там же они и правили, пока были живы.
— Давным-давно. И сейчас — как тогда.
Архиепископа уже завернули в плащ. Несколько человек взвалили тело на плечи и ждали приказа, куда его нести.
— Имей в виду, что я — католик, — сказал Магуайр гонцу. — И я не из тех, кто станет якшаться с душами мертвых королей.
— Ничего такого в Круахане вы не встретите. — Гонец сцепил руки за спиной. — Если нужен проводник, я могу пойти с вами.
— Не нужно.
Вместо того чтобы поклониться как положено, гонец лишь едва кивнул, отступил на пару шагов, отвернулся от вождей, кернов и мертвого архиепископа и двинулся прочь.
— С чего бы нам туда ехать? — проворчал Лис.
— Не поедем — не узнаем, — сказал Пес.
