— Аминь, — сказал я и добавил, перейдя на шепот, чтобы дремлющая на конском потнике у костра Домино меня не услышала: — А теперь слушай меня, спаситель целочек и гроза драконов. Я видел, как ты смотрел на Домино. Хорошенько вникни в мои слова — это моя девушка. Мы любим друг друга, и я пришибу всякого, кто посмеет встревать в наши отношения. Начнешь строить Домино глазки, берегись. Порву почище твоего монтьярского дракона. Гундосить ты точно перестанешь. Понял меня?
— Ты чего? — Логан растерянно смотрел на меня.
— Того, благородный сквайр. Запомни, что я тебе сказал.
— Мужичье бестолковое! — фыркнул оруженосец, встал и направился в казарму.
Избавившись от идиота, я лег на потник рядом с Домино и обнял ее. Она тут же прижалась ко мне всем телом, и я так думаю, не только потому, что было холодно.
— Домино, ты самая прекрасная девушка на свете, — шепнул я в ее маленькое остроконечное ушко.
— Угу.
— Домино, я тебя люблю.
— Ммммм.
— Домино, я хочу тебя поцеловать.
— Ага.
Бог ты мой, какая все-таки чудесная ночь! И какие же у Домино мягкие, восхитительные губы…
Солнце едва окрасило воды Солоницы, а мы уже были в седлах. Пограничный пост остался позади. Мы поскакали обратно, в сторону Вильчи, но милю не проехали, как сэр Роберт сделал нам знак остановиться.
— Домино, — внезапно спросил он, — вы владеете сканирующей магией?
— Какой именно, сэр? — Эльфийка была явно удивлена.
— У меня сильные подозрения, что в этой истории не обошлось без колдовства. Джесон благополучно покинул пост Брана и отправился в Вильчу, но туда не прибыл. Исчез на отрезке пути длиной в пятнадцать лиг. Куда он мог деться?
— Его могли убить, сэр, — сказал я.
— Могли. А еще его могли похитить. Теперь, когда я убедился, что Джесон исчез именно здесь, я попрошу вас о помощи, Домино, — сэр Роберт подал эльфийке сложенную полотняную рубаху. — Это рубаха Джесона, которую он оставил в седельной сумке своего коня. Сможете разобраться с ней?
— Конечно. Вы хотите, чтобы я провела ритуал беаннши?
— Именно.
Домино кивнула, спешилась, взяла рубаху и расстелила ее на дороге. Взяла ветку, обломила ее и острым концом начала чертить вокруг рубашки какие-то странные иероглифы. Я, затаив дыхание, следил за тем, что она делает.
— У вас не найдется немного вина, сэр? — спросила Домино рыцаря.
Сэр Роберт тут же протянул ей свою флягу. Домино пролила несколько капель на рубаху, потом набрала вино в пригоршню и спрыснула землю вокруг места зачарования.
— Странный ритуал, — сказал Логан, внимательно наблюдая за манипуляциями Домино. — Никогда такого не видел.
Домино между тем встала подле рубашки на колени и простерла над ней руки ладонями вниз. Лицо у нее стало сосредоточенным, а губы шевелились — она что-то беззвучно шептала. Время шло, Домино продолжала читать свои заклинания, но ничего не происходило. И тут…
Крик раздался со стороны реки. Жуткий крик — протяжный, завывающий, похожий на тоскливое стенание. Наполнил собой пространство и затих эхом где-то вдалеке. В нем не было ничего человеческого, но я был уверен, что это кричал человек, или, по крайней мере, человекоподобное существо. Кони захрапели, забеспокоились, и мне не без труда удалось взять под контроль своего жеребца. Лицо Логана покрыла такая бледность, что прыщи на его щеках стали фиолетовыми.
— Он мертв, сэр, — сказала Домино, вставая с колен.
— Понятно. Благодарю вас, сударыня. Логан, собери хворост и сожги эту рубаху.
— Что это за крик? — шепнул я Домино.
— Это кининг, крик беаннши. У моего народа есть поверье, что каждое живое существо получает свыше предупреждение о скорой смерти. Вестником при этом является беаннши. Это призраки, которые могут видеть будущее.
— Жуть какая!
— Я испугала тебя?
— Не то, чтобы очень, но это было неприятно.
— Прости, — Домино поцеловала меня в щеку. — Это действительно неприятно.
— Если он мертв, надо найти его тело, — сказал сэр Роберт. — Никто не должен прочесть письма, которые он вез.
— Найти его, наверное, будет непросто, — заметил я.
— Крик донесся со стороны реки, — сказала Домино. — Значит, ваш человек принял смерть где-то в той стороне.
— Я тоже об этом подумал, — сказал рыцарь. — Логан, быстрее!
Оруженосец долго возился с огнивом, но наконец, трут вспыхнул, и собранный хворост разгорелся. Брошенная в огонь рубаха тут же почернела и начала сильно дымить. Логан отшатнулся от костра. Лицо его было по-прежнему пергаментно-бледным.
От места, где мы стояли, до берега реки было не более полумили. Берег был пустынным, только птицы летали в небе над нашими головами и над рекой. Красные в свете восходящего солнца воды Солоницы казались неподвижными.
Сэр Роберт был, бесспорно, опытным воином, и его внимание сразу привлекли вороны, во множестве кружившие за дюнами впереди нас. Он жестом велел нам следовать за ним, и мы тронулись вдоль берега. Копыта коней вязли во влажном песке.
За дюнами находились глинистые холмы. В лощине между ними лежал труп оседланной лошади, заметно расклеванной вороньем.
— Лошадь Джесона, — сказал сэр Роберт. — А где сам всадник?
