— Я даже не размышлял, иллюзия это, реальность, портал, ловушка, умру я там или выживу, — продолжал Иджи. — Я просто рванул прочь из проклятой клиники, где жизнь стала сплошным страданием! Разумеется, попытавшись несанкционированно уйти с предназначенной мне грани, я ударился о Завесу. Я сам тогда не понял, что со мной произошло, но в отражение моего узора влилась энергия Космоса. Так появился ты, но расстались мы далеко не мгновенно. В течение нескольких лет я воспринимал тебя как своё живое прибежище, куда я спрятался от всей моей неудавшейся жизни. Но, как бы я ни старался, создать полноценный симбиоз с твоим сознанием не удалось. В какой-то момент моя душа оторвалась от твоей, и я оказался на Планете Странников, где Орус и Рамия долго выхаживали меня, прежде чем мой вторичный узор снова стал целостным, а разум пришёл в норму. Я стал одним из их учеников, а через некоторое время мне доверили работу Сопровождающего.
— И, став Сопровождающим, ты наблюдал за мной?
— Да. Я убедился в том, что Космос имеет интересное свойство: отзеркаленное сознание, оставленное в покое тем, кто его создал, обретает собственный узор, свободную волю и отдельную жизнь. Ты стал самостоятельным существом, напрочь забыв о причине своего появления на свет. Конечно, я ждал, когда же ты придёшь сюда. Я был уверен, что первичная нить снова нас притянет друг к другу. Посмотреть на то, каким ты стал, побеседовать с тобой я желал тогда, пожалуй, очень сильно! Мы встретились, но когда это произошло, оказалось, ты искал вовсе не меня…
— Кого же?
— Дариссу, конечно, — Иджи широко улыбнулся. — Что за вопрос! Ты всегда её искал, как и она тебя. Иначе и быть не могло. Ты искал ту, кто, согласно легендам Лоо, не давала тебе упасть обратно в небытие, являясь твоей половинкой, уравновешивающей тебя. Можно сказать, отзеркалив себя через грань, я создал вас обоих одновременно, но если ты являлся моим непосредственным отражением, то Си-А стала нежданным подарком Космоса, твоей Сестрой, как любят выражаться на Кгалле. Да и на Шепси тоже.
— Эти две жуткие планеты всё ещё существуют?! Даже сейчас? — удивился бывший спасатель. — Их не аннигилировали окончательно?
— В своей альтернативной временной форме — существуют, — подтвердил Иджи. — В текущем цикле имеется сто сорок четыре варианта развития этих планет, но, чувствую, все они окажутся нежизнеспособными и к началу следующей Реконструкции пойдут в топку. Пока никто из Конструкторов не допетрил, как модернизировать узор Шепси, чтобы планета в процессе развития не превращалась в монстра-убийцу. Все предыдущие варианты, информация о которых сохранена в здешней Библиотеке, оказались ошибочными. Возможно, когда-нибудь мы поймём, как сохранить Шепси здоровой, и тогда планета получит постоянное существование на одной из граней Космоса, но имеющийся ныне вариант нежизнеспособен. Хуже того — опасен.
— А как обстоят дела с обретением постоянного узора для Лоо? — заинтересовался Марков.
— Ничего нового, — Иджи внимательно проследил взглядом за стайкой из сотен бабочек с золотисто-персиковыми крыльями, пролетевшей мимо них, словно густое облако сверкающей пыльцы. — На всех гранях Космоса Лоо гибнет. Причины разные, но суть одна: необратимая деформация узора и закономерный Апокалипсис. Пока нет ни одного подходящего варианта спасения. Но ребята не сдались и работают над решением проблемы.
— А что с Землёй?
Судьба планеты, где Марков познал самое глубокое одиночество и сильнейшую антипатию к местным, была, как он думал, ему безразлична. Так зачем он спросил? Иджи странно заулыбался, услышав вопрос.
— С Землёй всё очень интересно. Эта планета развивается всегда по-разному, каждый раз непредсказуемо. Но имеются годные варианты, достойные быть увековеченными в Космосе. Скорее всего, в итоге получится штук пять постоянных миров с непохожими узорами.
— Пять миров из одного?! — не поверил Марков.
— Как видишь, и такое бывает.
Странник молчал, пытаясь осознать услышанное.
— Конечно, трудно с ходу врубиться в теорию, не зная практики, — Иджи похлопал своего друга по плечу, — но ты всё равно молодец! За последнее время и так сумел принять многое. Самое главное, принял Си-А, отыскав её на Красных Хребтах, после того, как она вернула себе истинный облик и рассказала свою историю. Вот если бы ты её оттолкнул, я бы всю грядущую вечность называл бы тебя законченным кретином и никак иначе. Хотя представляю, как кипели твои мозги, пытаясь соединить два в одно.
Марков вздохнул.
— Кипели и ещё как, — честно признался он. — Я прямолинеен и всегда искал единственный Путь, а тут пришлось осознавать, что дороги две, и обе правильные.
