— Позже Боги первого круга — сыновья и дочери Кристалла и Тьмы — разделились. Часть из них, взрослея, подчинилась тьме и вернулась в неё, когда Врата снова открылись, но перед этим они успели создать в гранях Кристалла тени миров, где царствовала исключительно тьма, как они её понимали и видели, каждый по-своему. Кто-то её представлял как вечное страдание, боль, безысходность, кто-то как вечное ничто, холод, невыносимый жар и тому подобное. А Кристалл любил своих детей, даже тёмных, поэтому не уничтожал их миры, а позволил им отражаться и дальше в своих гранях. Всё равно это было только отражение, истинный источник света ничто не могло погасить. Родились новые дети у света и тьмы от их второй встречи, и опять разделились на светлых и тёмных. Тёмные каждый раз, когда открывались Врата, уходили из Кристалла, следуя зову тьмы, растворялись в ней, но чаще рождались светлые Боги. Они подчиняли свету зов тьмы в себе. Светлые из цикла в цикл оставались в Кристалле, росли, совершенствовались, создавали счастливые миры. Светлые Боги стали прародителями нашей Вселенной. Грани Кристалла множились и усложнялись, отражённые миры пересекались с реальными, но даже в каждом отражённом мире, который отличался от реального лишь своей недолговечностью, была точка выхода в Истинный свет. Чаще всего ею становилось ядро планеты или звезды. Иногда — душа конкретного существа, какое-то определённое место в галактике. А там, где грани пересекались, возникала Завеса, отделявшая друг от друга два отражённых мира или отражённый от реального. Это делалось для того, чтобы каждый мир имел своё пространство для развития, а соседний не мешал ему идти своим уникальным путём. Только для этого, а не с целью затруднить общение существ из разных миров. Завесу при определённых условиях можно пробить, если хватит сил. Именно так вы и поступили, прибыв к нам. Мы поняли, что вы из соседнего отражённого мира. В ваших телах свет течёт иначе, а все, кто живёт здесь, даже бессловесные твари, это чувствуют.
— Откуда вы знаете, что наш мир — отражённый? — прищурился Конрад.
Все остальные слушали Гошу, затаив дыхание.
— Согласно информации, оставленной Богами, наш мир находится в окружении ещё семи миров. Все они отражённые, то есть, недолговечные. Пробить можно одну Завесу и выйти только в один соседний мир. Вы вышли в наш. Дальше вам не продвинуться.
— Почему?
— Вы не Боги. Итэтэ позволено разбивать только одну грань. Это закон, установленный Богами первого круга. Мир хрупок. От незнания вы можете разрушить слишком много ценного, созданного не вами.
— Значит, в реальный мир нам не пробиться? Так постановили Боги? Кто мы тогда для них? Игрушки? — он едва сдерживал холодную ярость, предположив вдруг, что коррос, связанный сейчас с Шаром Альризы, вероятно, рассказывает о строении Вселенной ту самую правду, которая дошла до землян в сильно искажённом и урезанном виде. Восполняет пробелы в земной религии, если так можно выразиться.
— Нет. Кристалл породил Богов, способных принимать любой облик, создавать любые предметы и живых существ. Боги создали души планет и звёзд. Это разумные многогранные энерго-кристаллы, которые вы предпочитаете называть шарами, так как количество их граней настолько многочисленно, что для невнимательного взгляда они сливаются в одну ровную поверхность. Только на вид энерго-кристаллы одинаковые. Каждый Бог обладает даром сплетения изначального света в уникальный узор. Сплетая нити по-своему, он создаёт неповторимый энерго-кристалл, и вот от того, каким образом сплетён узор, в какой последовательности соединены первичные нити, будет зависеть, вечный кристалл или временный.
«Бракоделы», — с невольной горечью подумал Дакус, но вслух ничего не сказал.
— В узор вплетаются законы, по которым будет жить планета или звезда, генетическая программа существ, предназначенных к рождению на её поверхности. Планета опускается в поток жизни Истинного кристалла и либо вписывается в подходящую грань, либо отделяется от остальных миров Завесой, если её путь абсолютно уникален и ни с кем больше не сопоставим. Так что несколько планет могут быть на одной грани, но, бывает, одна и та же планета оказывается одновременно на нескольких гранях, и на каждой развивается по-своему. Так возникает явление параллельных миров. Бывают параллельные галактики, дублирующиеся звёздные системы…
— А насчёт существ, рождённых от узора? Если планета временного свойства, то и души её обитателей не вечны? — глаза Конрада как-то нехорошо заблестели.
— Конечно, — ничуть не смутился Гоша. — Итэтэ даётся временный узор, чтобы он успел понять, хочет вечного бытия или нет. Если хочет, пусть просит Богов через связь с планетой извлечь его в реальный мир. Не хочет — пусть ждёт, когда время узора исчерпается, и он опять вернётся в изначальную тьму. Всё просто. Больше не могу, — выдохнул Гоша, — вы копаете чересчур глубоко. Про узоры я больше ничего не вижу.
