Она прикрыла дверь, но Кристофер все равно расслышал, как сквозь всхлипы госпожа Жаклин спросила:
– Они же не станут кидать его в пекло, Освальд? Он же еще совсем мальчишка!
– Боюсь, дорогая Жаклин, именно это они и собираются сделать. Но мы попробуем помешать. Идемте, я провожу вас.
Кристофер прикрыл глаза, едва улавливая ответ госпожи Жаклин, который показался ему сущей бессмыслицей:
– Освальд, если Кристофер и правда наследник, это значит только одно. Он – истинный король!
Стоило Кристоферу закрыть глаза, и он мысленно переносился в Долину Ветров. Она всегда была разной – черной от дыма и копоти или цветущей, полной света и красок, но эти видения неизменно вызывали у него приступ тошноты. Сон стал врагом, и оружия, чтобы бороться с ним, не было. Кристофер старался как можно дольше оставаться в сознании, но усталость рано или поздно брала верх, и он проваливался в беспокойные, полные тревоги сновидения.
Олли пытался приободрить его, уверял, что они в безопасности, и Кристофер не знал, как объяснить, что терзающие его монстры находятся не снаружи, а внутри – в его голове.
Тревогу усиливала и полная неизвестность, в которой он находился. Ему ничего не объяснили. Едва он пришел в себя, как его заперли в комнате. Никто его не навещал – ни друзья, ни наставники, ни советники. Даже если кто-то и пытался повидаться с ним, он об этом не знал. Об участии Совета в его пленении – а иначе как пленником он себя назвать не мог – Кристоферу стало известно от зачарованного замкá, который висел на его двери и умолкал, лишь когда Кристофер проваливался в тревожный сон.
– Ну же, ну же… мастер Кли-и-ин! – пропел замок, стоило Кристоферу оторвать голову от подушки.
Он заставлял себя читать, чтобы как можно дольше находиться в сознании, но строчки перед глазами плыли, сливались в одну большую кляксу. Глаза закрывались сами собой. Он и не заметил, как выпустил книгу из рук…
Кристофер поморщился от запаха гари. Этот запах мерещился ему теперь везде…
Книга с грохотом упала на пол, Кристофер вздрогнул и открыл глаза. Свесившись с кровати, он нашарил книгу на полу и строго посмотрел на дверь.
– Ну давайте же, давайте! – продолжал подначивать замок, побрякивая металлической дужкой. – Неужели вам не интересно, как я открываюсь? Что, даже взломать не попробуете? Столько разных способов – можно попытаться смастерить ключ, сочинить заклинание, попробовать…
– Никогда не думал, что скажу это, – раздался мрачный голос Олли, – но эта железяка столько болтает, что я уже готов выбраться из-под кровати и слопать его.
– Не выйдет, не выйдет! – весело пропел замок, раскачиваясь из стороны в сторону. – Не ленись, не робей и открой меня скорей!
Кристофер вздохнул.
– Отличная идея, Олли. Но лучше не надо, – сказал он, заворачиваясь в одеяло. – Вряд ли правилами Академии разрешается глотать надоедливые замки. Не хочу, чтобы из-за него тебя перевели под другую кровать. Ведь тогда я останусь с этим сумасшедшим один на один. Так что из двух зол я выбираю меньшее.
– Это кто тут сумасшедший? – завопил замок.
– Из двух зол? Вы меня считаете злом? Сравниваете меня с этим надоедалой? – Олли задохнулся от возмущения.
– Прости, сам не знаю, что говорю, – ответил Кристофер, мечтая о тишине. – Услышал где-то это выражение. Уже и не вспомню где…
– А я знаю где! Знаю, где вы это слышали! – крикнул замок, дребезжа от нетерпения. – И рассказать могу! Но только если сумеете меня открыть!
– Мастер Клин, я бы на вашем месте уже давно заклеил ему рот!
– Вообще-то, я одно из лучших изобретений мастера дэ Инчи! – особенно громко проскрипел замок.
Его дужка медленно поднялась вверх, но Кристофер знал: стоит ему вскочить с кровати и броситься к двери, как замок тут же защелкнется.
– Этот ваш мастер из ума выжил, если создал такое, – пробурчал Олли.
– Согласен. Его «изобретение» трещит, как леди Катарина, – тихо фыркнул Кристофер.
Замок еще долго дребезжал и дразнил Кристофера, но тот перестал обращать на него внимание. С тех пор как его заперли в комнате, – а было это месяц назад, – он уже много раз пытался сбежать. Даже хотел разбить окно и спуститься вниз, цепляясь за камни, но и окно оказалось заперто защитным заклинанием. Противный замок не давал никаких подсказок, как его открыть. Только болтал и болтал без умолку.
Сначала Кристофер злился на всех, и особенно на Марту, которая, по всей видимости, и не думала вызволять его отсюда. Если бы она оказалась в таком положении, он бы сделал что угодно, лишь бы освободить ее. Гилберт… Ну, Гилберту вряд ли известно, что Кристофера держат взаперти…
Время шло, и Кристофер был близок к помешательству от невозможности как следует выспаться, а бодрствуя – хоть минуту провести в тишине. Сначала он злился на других, теперь на себя самого. Винить себя во всем, что случилось, было хоть и просто, но облегчения не приносило. Так что все, что ему теперь оставалось – это терзаться от неизвестности… и читать. Читать ему тоже не очень нравилось, но все-таки это было лучше, чем сидеть без всякого дела, уставившись в стену.
