Кристофер Клин и ловушка иллюзий полностью

«…когда принцу Двейну исполнилось четырнадцать, король Вилберн собрал в Эфирном замке лучшие умы Лонгрена. Многие думали, что он ищет рецепт напитка силы – все Айртоны долгие годы пытались его найти. Однако лишь приближенные короля знали, что он боялся возможного повторения истории. Принц Двейн был совсем не похож на своего болезненного сводного брата, но, как и он, начал испытывать странные ощущения в груди после того, как стал использовать свою силу. Короля это насторожило, и некоторое время спустя его опасения подтвердились: магия принца Двейна рвалась наружу, калеча не только его тело, но и душу. Наставники и лекари не знали, как облегчить страдания принца, пришлось тому справляться самому. Позже он сам поведал, что покой ему удавалось обрести лишь в попытках слиться со своей силой воедино».

Кристофер пролистал книгу вперед, а затем раскрыл ее на середине:

«…ни одна знатная дама не могла устоять перед чарами Айртона Двейна, слухи о скорой свадьбе принца с той или иной особой возникали едва ли не каждую неделю, хотя всем в Лонгрене было известно, что его сердце принадлежит…»

Уголок страницы с именем избранницы Пикового короля был оторван. Но Кристофер и так догадывался, о ком идет речь.

«И здесь вы, Ванесса», – подумал он.

Он пробежал глазами следующую страницу: «были близки…», «с самого детства в нем поселилась надежда…», «росли бок о бок…», «два королевства объединятся…» – перевернул ее и… замер.

Половина страницы была заляпана кляксами и покрыта какими-то разводами. Следующие две страницы склеились между собой. Сгорая от нетерпения, он потянул за краешек: страницы медленно отделялись друг от друга.

Перед ним было фамильное древо. Краски выцвели от времени, подписи под некоторыми портретами уже было не прочитать. На левой странице раскинулись ветви Пикового Дома. От портрета мрачного мужчины в разные стороны расходились две линии. Одна из них вела к светловолосой девушке, а от нее к темноволосому мальчику, что был расположен ниже. «Принц Арне», – прочитал Кристофер под портретом ребенка, который, как и изображение девушки, был обвит черной лентой. Кристофер прищурился и разобрал подпись: «Изабель Айртон».

– Первая жена короля Вилберна, – прошептал он, разглядывая зеленые серьги на портрете давно почившей королевы. Это была единственная яркая деталь на ее выцветшем изображении.

Портреты выше – судя по всему, дедушка и бабушка нынешнего Пикового короля – пострадали больше всех.

Справа находились изображения королевской семьи Червонного Дома. Кристофер почувствовал волнение. Улыбчивый король Боэмунд, его рассеянная жена (имя было не разобрать), дети-близнецы… красноволосые принцесса Лаветта и принц Лисандр.

Стараясь держать себя в руках, Кристофер перевел взгляд на линию, которая тянулась от короля Боэмунда и его жены.

Копна рыжих волос… и все. Больше от портрета ничего не сохранилось. На странице остались длинные вертикальные разрывы, словно кто-то в ярости вонзил ногти в бумагу, как зверь вонзает когти в добычу. Имя на ленте было замазано черным, Кристофер попытался соскоблить верхний слой, но лишь испачкал пальцы.

Изуродованный портрет находился рядом с изображением Айртона Двейна. Пикового короля было не узнать – длинные черные кудри, красивое бледное лицо с угольно-черными глазами, а взгляд… Взгляд был не таким холодным, каким Кристофер его помнил. Казалось, Пиковый король вот-вот улыбнется!

Кристофер коснулся изорванной страницы, и его будто окатили кипятком – пальцы обожгло, и он отдернул руку.

– Если б не был я железным, не висел бы на двери! – вдруг заголосил замок. Кристофер вздрогнул от неожиданности. – Я имел бы вид помпезный, не жевал бы сухари…

Олли, страдавший от шума, вновь застонал.

Мысли метались в голове Кристофера, как птицы в клетке.