— Ничего не понял. Какая секта?
— Они называют это игрой. Игрой в игре, где они выдают свои задания, за невыполнение которых наказывают участников. И всё бы ничего, только потом «игрок» получает задания, которые надо выполнить в реальном мире. И последнее задание, которое получает «игрок» - сжечь себя. За отказ угрожают убить его родных или тех, кто дорог, а при возможности ещё и исполняют свои угрозы. Обычно силами таких же «игроков», получивших свои промежуточные задания. Мастерская работа психологов. А для дополнительной стимуляции, если инстинкт самосохранения не удалось подавить полностью, додавливают в Друмире вот такими вот жезлами, какой ты вчера видел. По сути, пытают до состояния, когда человек будет готов избавиться от боли любой ценой, даже ценой собственной жизни. Там очень серьёзная организация, не каждая секта похвастается такой скоростью обработки психики. У них даже есть собственный мифический бог – Алый Феникс, который сгорает и восстаёт из пепла чистым, сильным и привлекательным. И за выполнение последнего задания, «игроку» обещают, что он восстанет из пепла в Друмире в качестве птенца этого Феникса, и будет ему вечное счастье. Ты разве ничего об этом не слышал? По форумам уже вовсю гудят.
— Нет. Так сложилось, что я сейчас не читаю форумы. – орк как-то странно на меня покосился. – А что это за бог? Это игровой бог?
— Малый, ты о чём? Нет никакого Феникса в списке богов Друмира, только в головах «игроков». Я не очень силён в этих тонкостях, но всё это обман, запугивание и манипуляция сознанием. Никакой мистики.
— Страх, но как такое может быть? Это же должна быть целая организация, очень хорошо оснащённая и организованная, целенаправленно убивающая людей. Я не поверю, что власти ни в реале, ни в Друмире с ней не борются.
— Борются, но, как видишь, малоэффективно.
— Почему малоэффективно? В Друмире же можно отследить всех и вся, пустить ботов посообразительней на анализ всех сообщений, запустить фактографы, и прочая, и прочая. Тут же только технически можно если всё это не задавить, то хотя бы иметь серьёзное упреждение.
— В теории да. А на практике – сам видишь. Везде есть крысы, администрация Друмира не исключение. И это не учитывая, что сам Друмир как организация вне нашей юрисдикции. Вот возьми этот жезл, у него уже есть прозвище – «болевик». Подобное оружие запрещено и вообще не предусмотрено в Друмире. После очередной фиксации его применения друмировцы в очередной раз отчитываются об устранении, изъятии и багфиксе, а через какое-то время он снова всплывает. Я уверен, тут работают наши заклятые друзья. Для такой бесконечной неуловимости без серьёзного влияния на корпорацию «Друмир» обойтись невозможно.
— Ты хочешь сказать, что буржуи, целенаправленно убивают наших детей?
— Я не хочу сказать, я сказал прямо, что эти мрази целенаправленно убивают наших детей. — Орк яростно сжал кулаки. — А мы защищаемся как можем, только вот угрозу у нас пока правильно не оценили.
— Страх, а зачем им это нужно? Ну не смогут же они убить действительно много народу.
— Зачем именно они это делают, точно неизвестно, но общая задача – террор. Если количество самоубийств выйдет на достаточно большой для резонанса уровень, то даже сложно представить, насколько это подорвёт позиции российского кластера в Друмире – только на основе потери огромного количества игроков, которых родители в страхе не подпустят к капсулам. А сколько сил и времени отнимет у родителей от работы и отдыха жёсткий и постоянный контроль виртуальных похождений ребёнка? А насколько это дополнительно обозлит и психологически напряжёт общество чувством беззащитности и неуверенности? А такое напряжение можно очень просто развернуть например против власти, обвинив последнюю в смерти детей, а там и до организации бунтов недалеко. Тут же важно только достаточно накалить атмосферу! — Последние фразы орк буквально выплёвывал с проскальзывающим рыком, яростно размахивая пудовыми кулаками. – А кроме статистики…. Заживо сжечь ребёнка! У моего друга так сын и сгорел. Вместе с квартирой…
Орк замолчал. В повисшей тишине слышался только скрип его рукавиц, которые проскальзывали по рукояти секиры, навершие которой он пытался скрутить, делая движения, похожие на сворачивание крышки на пластиковой бутылке.
— Печально. — Больше мне сказать было нечего.
— В общем, малый, пока ты вокруг девочки крутился, по адресу регистрации неслась скорая, пожарные и полиция. Продержись ты на минуту меньше, и уже не успели бы. Так что от меня тебе персональная благодарность. Будет возможность поблагодарить – не забуду.
— Спасли?
— Не совсем. Когда выбивали дверь, эта дура уже успела вылезти из капсулы, налить на пол бензин и чиркнуть спичкой. Хорошо себя не облила. Пламя быстро сбили, но ожоги всё равно очень серьёзные. Сейчас в больнице. Угрозы жизни вроде уже нет, а вот как она будет выглядеть после пересадки кожи, врачи даже говорить не хотят.
— А почему она из капсулы вылезла?
