— «Гробозагоняйск», — перебирали свои версии Крокки, Архипушка, Ки-ки, Ра-ра, но жители отрицательно качали головами — все было невпопад.
Вдруг Ку-ку вытянула шею подлиннее и выпалила, пока никто не перебил:
— «Глуповск».
— Ну, конечно же, — стукнул себя по лбу главный прораб.
— Как же это вылетело из головы? — Радовались остальные жители.
Ку-ку запустила лапу в мешочек, намереваясь по праву взять конфету себе, но там было пусто. Тем не менее, она спросила:
— Где камень?
— Да вот, — замялись местные, — камень-то здесь, но отковырнуть эту скорлупу никак не удается. В руках у прораба была хрустальная шкатулка, внутри которой лежал дымчато-серый камешек округлой формы.
— Это топаз, — сказал Архипушка.
Дилли осторожно взял в лапы хрупкую вещицу, открывалась она, кстати, легко, без всякой кувалды, но это было неважно, потому что дымчатый топаз и камень погоды — не одно и то же.
— Так вот почему говорят «Сплошная серость», так вот какого цвета глупость, — тихо прошептал крокодильчик.
— Придется путешествовать дальше, — без энтузиазма произнесла Крокки. Она так надеялась, что именно здесь они найдут то, что надо, и можно будет вернуться к папе и маме.
— Летим! — Коротко скомандовала Кикура, подставляя спину племяннице. Археоптериксу ничего другого не оставалось, как подставить свою для Дилли. Старый ящер кряхтел, жаловался на ревматизм и старые раны, но куда деваться — вместе с крокодильчиком они поднялись в воздух. Поравнявшись с ними, драконша проворковала нарочито нежным, заботливым голосом:
— Доберемся до дома, поставлю тебе пиявок.
— Чур, меня, — не своим голосом заорал Архипушка. — Разве от вас добра дождешься? В гости к вам заходить я поостерегусь.
— Смотри внимательнее на землю, а то пропустишь там что-нибудь важное.
— Пусть племянники смотрят, у них глаза молодые, не то, что у меня.
— Гляньте, какое красивое, яркое местечко, — вдруг заорала Крокки, показывая вниз.
А там действительно простиралась сказочная равнина, на которой росли экзотические растения и среди всего этого великолепия возвышались роскошные дворцы, покрытые позолотой.
— Ну, наконец-то, мы попали в рай после стольких мытарств, — счастливо заметил Дилли.
— Не удивлюсь, если именно здесь мы найдем то, что нам нужно, — прощебетал археоптерикс, — давайте снижаться.
Кикура с удовольствием села на землю и вдохнула аромат свежей зелени. Море трав и цветов колыхалось повсюду.
— Как хорошо, — приземлился рядом Архипушка, потирая разгулявшийся ревматизм.
— Странно только, что никого нет, — оглядевшись вокруг, сказала Крокки.
И тут, как по волшебству, откуда ни возьмись, появились птицы, похожие на журавлей с железными клювами и перьями, звенящими, как кольчуга. Они не разговаривали, а издавали лишь металлическое горловое пощелкивание. Дилли попытался что-то спросить, но не успел. Железные птицы защелкнули лапы кольцом с длинной цепью, которая выходила откуда-то из-под бронированных крыльев. Та же участь постигла остальных.
— Ну, вот и приплыли, — досадливо вздохнула Кикура, но ее тут же щипнул железный клюв. Драконша дернулась, но вырваться не удалось, птички обладали невероятной силой.
— Мы теперь, как каторжане на галерах, — проговорила Крокки, и тут же получила увесистый тычок в спину.
Больше никто не пытался разговаривать. В полном молчании путешественников привели к самому красивому дворцу и впустили в огромный зал. С любопытством они огляделись по сторонам. На стенах, выкрашенных в ярко-бордовый цвет, нависали массивные золотые украшения. Вверху, как солнца, сияли люстры, не иначе, как из настоящих бриллиантов.
«Видимо в этот раз мы попали туда, куда нужно, но это место мне почему-то не нравится», — подумал Архипушка, рассматривая блестящие побрякушки. Железные птицы доставили пленников во дворец, прищелкнули их к кольцам, вделанным в пол, и исчезли.
— Как собак посадили на цепь, — с гневом произнесла драконша.
— Неуютно здесь, несмотря на роскошь, — поморщившись, сказал Дилли.
— Да уж, прием нам организовали по высшему классу, — согласилась с ним сестра.
А, между тем, никто не появлялся, как будто про них начисто забыли. От долгого ожидания заломило спины, они ведь так устали накануне. Первым опустился на пол Архипушка, благо под ногами был ворсистый ковер, потом сели и остальные. Они уже начали впадать в легкую дремоту, как появилось новое лицо. Это был не железный журавль, а большая важная птица, которая задирала голову вверх так, что она чуть было, не закидывалась на спину. «Не птица, а настоящий генерал», подумала Крокки, разглядывая яркое оперенье, от которого рябило в глазах. — «Но это не павлины», — продолжала размышлять девочка — «те более приятной наружности и поведения не такого хамского».
