Тут девочка сообразила, что царевичам нужно изучать свод индюшиных правил. Канцлер мог проверить в любую минуту. Крокки взяла их в руки, но читать принялась добрую крокодильскую сказку:
Это было в стародавние времена. У одного пожилого крокодила умерла жена и оставила сиротой маленькую дочь. Отец женился во второй раз. Новая супруга была хороша собой, но у этой алигаторши было две своих дочери, которых она холила и лелеяла с утра до вечера, падчерицу же заставляла работать от рассвета до заката. Та чистила русло реки, где они жили, добывала еду, купала сестер и шила им красивые наряды.
Девочка была мастерица на все руки, но на себя времени у нее никогда не оставалось, поэтому она всегда была в тине, ее так и прозвали Тиночка.
Крокки взглянула на своих питомцев — их глаза сияли от удовольствия, но она тут же заметила, что за ними наблюдают, и быстро взяла в руки «свод правил» и прочла:
— Никогда никого не благодари. Все услуги воспринимай как должное, — так учила злая мачеха своих родных дочек. — Железноклювый, по-видимому, остался доволен и удалился, а Крокки продолжала:
«Как-то раз король-аллигатор собрался женить своего единственного сына, и для этого затеял грандиозный бал. Такое событие всколыхнуло весь водоем. Каждая незамужняя девушка теперь мечтала о красавце-принце.
Мачехины дочки загодя готовились к балу. Тиночка шила им роскошные туалеты, делала красивые шляпки. Сама аллигаторша заставила ее почистить свою безобразную шкуру. Девочка трудилась целый день, выбирая насекомых из складок морщинистой мачехиной кожи, затем она натерла ее кремом и начистила щеткой, так, что та блестела».
Железный клюв опять тихонько подкрался к двери и начал подслушивать, но чуткая девочка сразу смекнула, в чем дело.
— Всех окружающих превращай в своих слуг и заставляй работать на себя, — громким голосом читала Крокки и уже чуть тише добавляла:
— Так поучала злая мачеха своих дочерей. Железный журавль удалился довольный, убедившись в правильности проводимых занятий. А сказка продолжалась своим чередом:
«— Матушка, а можно с вами на бал? — Умоляла Тиночка мачеху, а та только насмехалась.
— В чем же ты пойдешь, замарашка, у тебя нет приличной одежды, да и дел слишком много. Тебе надо почистить сестер, приготовить обед, убрать всю округу, и мачеха все выдумывала и выдумывала дела, так, что девочка заплакала, но безобразная аллигаторша никогда не обращала внимания на чужие слезы. И как только Тиночка надраила и нарядила сестер, она вместе с дочками отправилась на бал в красиво убранной лодке, а бедная падчерица села на берегу реки и принялась лить слезы».
Тут Крокки заметила, что и у павлинчиков что-то заблестело в уголках глаз.
«Какие милые, добрые детки», — с теплотой подумала она и продолжала дальше:
«Бедняжка долго и безнадежно плакала, как вдруг над рекой появилась белая прозрачная дымка, меняясь, она приобрела форму гигантского крокодила, который спросил:
— Ты хочешь на бал, прекрасная крошка?
— Да, — запинаясь от страха, сказала Тиночка. — Но это невозможно — у меня нет платья и много работы.
— Я крокодилий дух и помогу тебе.
Он взмахнул белым прозрачным хвостом — и Тиночка была одета, как принцесса, он махнул еще раз — и все ее дела были переделаны. После третьего взмаха появилась великолепная лодка, отделанная золотом, и девочка отправилась на бал.
— Смотри, к двенадцати ты должна быть дома, — на прощанье крикнул ей дух.
— Спасибо, — ответила счастливая Тиночка.
Лодка домчала ее в миг. На бал собрались разряженные крокодилы со всех окрестных рек. Танцы были в разгаре, когда появилась Тиночка. Она была так прекрасна, что принц сразу же в нее влюбился и танцевал только с ней, а грубиянки-сестры не понравились никому вообще. Как только пробило половину двенадцатого, Тиночка тихонько ускользнула, оставив в лапе принца золотое колечко. На следующее утро он начал поиски сбежавшей невесты и золотое колечко перемерил всей округе. Тиночка, как всегда, работала и была покрыта тиной и илом, но колечко подошло только ей, и принц на ней женился, а мачехины дочки от злости перекусали друг друга и собственную мамочку».
Когда Крокки закончила сказку, птенчики уже клевали носами. Она устроила их потеплее, укрыла мягким одеялом, и они сладко засопели.
Каждый день девочка рассказывала им добрые смешные истории, а они слушали и любили ее больше всех на свете.
Дилли, тем временем, изнывал от грязной, дурной работы. В один прекрасный день он проснулся и из подручных материалов собрал катапульту. Когда тюремщики проснулись, то увидели, что все окна дворца заляпаны зловонной коричневой жижей. Со свирепыми лицами они кинулись на мальчика. Раз, и крокодильчик прицельно выстрелил по одному железному клюву, два — и досталось второму, третьему, четвертому. Пока им удалось изловить парнишку, воняли птички хуже некуда. Дилли после некоторой трепки отстранили от работы и отправили в рудники, где уже томились Архипушка и Кикура.
