Покончив с едой, Клаус предложил ему в качестве благодарности увлекательную экскурсию в дворцовую библиотеку. Он так и сказал: увлекательная экскурсия в библиотеку — видимо, действительно посчитал, что Джереми живёт на кухне и других интересов, кроме готовки, у него нет. Крольчонок решил его пока не разубеждать. Не хотелось сейчас вступать в какие-то разговоры — почему-то с Клаусом было на диво уютно именно молчать. Джерри не заметил, когда страх и ощущение могильного холода отступили совсем, а на смену им пришло чувство покоя. Покоя, которого ему так не хватало последнее время. Словно его боль замёрзла — конечно, она по-прежнему жила в его груди, но словно обессилила. Это было странно ощущать, но за этот покой Джереми сейчас мог отдать многое — он так устал за это время. Разумеется, он согласился на «увлекательную экскурсию».
Её следовало бы назвать не увлекательной, а оригинальной: когда они зашли в библиотеку, Клаус широким жестом молча обвёл стеллажи, занимающие все стены от пола до потолка, попросил у слуги принести чай и, подхватив с полки какую-то книгу, развалился в кресле — опять-таки молча.
— Действительно увлекательно… — растерянно глядя на него, ехидно пробормотал Джерри.
— Но ты ведь уже был здесь. И не раз. А главное — ты любишь и хорошо знаешь это место. Так к чему лишние разговоры? — заговорщически усмехнулся вампир.
Кролик замер с, мягко говоря, удивлённым лицом: «Это, конечно, не секрет, но откуда он-то об этом узнал?!» — но вслух так ничего и не произнёс. Клаус в полной мере насладился его реакцией и, так и не дождавшись возможных вопросов, доверительно сообщил:
— Просто это был повод побыть рядом с тобой ещё немного. Рядом с тобой почему-то уютно и спокойно. А это редкость. Для меня, — и уткнулся носом в книгу.
«А уж как мне спокойно…» — с грустью подумал Джерри, но промолчал: слова опять показались лишними. Он не стал брать никакую книгу, просто забился в угол большого удобного дивана и уставился в окно, за которым царило буйство света и жизни. Он иногда исподтишка поглядывал на странного нового знакомого, который, казалось, полностью погрузился в чтение и перестал его замечать. Мыслей в голове не было. Совершенно никаких. И это, если честно, тоже радовало.
— А Вы долго пробудете в столице? — спросил Джереми в какой-то момент.
— Тебе уже наскучило моё общество, вишенка? — переворачивая страницу, ответил вопросом на вопрос Клаус.
— Да нет… Это так… к слову, — смущённо промямлил Джереми.
— Недолго. У меня не так много свободного времени, чтобы бездельничать.
— И чем же Вы занимаетесь? — полюбопытствовал кролик.
— Помогаю обществу, — фыркнул Клаус, — прямо как герой какой-нибудь сказки.
Джереми понял, что Клаус смеётся над ним, но возмущаться не стал. Он просто положил голову на спинку дивана и опять нечитаемым взглядом уставился в окно. В голове по-прежнему было абсолютно пусто, да и думать ни о чём не хотелось — после смерти Георга и жить-то не особо хотелось. Закрыв глаза, Джереми почти сразу погрузился в сон. Впервые за долгое время ему ничего не приснилось.
***
В ожидании полного сбора королевского рода, на чём настоял Ричард, Клаусу пришлось задержаться во дворце дольше, чем он рассчитывал. Впрочем, он был не против.
— Твои родные в ужасе от меня, — как-то с улыбкой заметил он, сидя на кресле у окна и попивая вино.
Кролик расположился напротив и сейчас заканчивал вязать шарф в подарок отцу. Всех окружающих удивляло, что Клаус и Джереми так быстро нашли общий язык. Хотя, справедливости ради, стоит заметить, что общением это было трудно назвать — да, они проводили вместе довольно много времени, но зачастую в полной тишине. Но это было уютное молчание — необязывающее.
— И я их очень даже понимаю, — фыркнул кролик, дёрнув правым пушистым ухом.
Почему-то в присутствии Клауса, когда они оставались наедине, у Джерри почти всегда непроизвольно появлялись кроличьи ушки. Он даже уже не удивлялся этому и больше не пытался это как-то контролировать.
Он провязал ещё пару рядов, потом на вытянутых руках внимательно осмотрел свою работу и задумчиво сказал:
— Знаешь, я всегда мечтал отправиться в путешествие… А ты, наверное, во многих местах был, не расскажешь?
— Нет, — покачал головой Клаус, — во-первых, я очень плохой рассказчик, а во-вторых, я, скорее всего, видел даже меньше чем ты.
В этот момент в гостиную вошла Сильвия. С сияющей улыбкой, она обняла своего брата, целуя того в щеку. Клаус пожурил её, назвав маленькой принцессой, которая никогда не вырастет. Джереми смотрел на развернувшуюся картину, и его не покидало чувство, что здесь что-то не так. Необъяснимое замешательство не давало покоя.
— Клаус, пора, — сказала тихо Сильвия.
Брат в ответ кивнул и поднялся с места. Клаус улыбнулся Джереми и, наклонившись, холодными губами коснулся его щеки. Это было настолько неожиданно, что крольчонок не мог даже вздохнуть. Он потрясённо следил за удаляющимися фигурами, пока те не вышли из гостиной.
— Тебе он понравился? — как-то печально спросила Сильвия, держа брата под руку.
