– Я люблю тебя, солдат, – прошептала она. – Знаю, ты уже слышал это прежде, но собираюсь продолжать говорить это… на случай, если мне не выпадет другого шанса. И мне бы хотелось, чтобы у нас было больше времени. Но его у нас было немного с самого начала. – Тень страданий легла на ее лицо, прежде чем она моргнула и смахнула ее. – Но я возьму все, сколько бы у нас ни оставалось. Но Мартин, вероятно, уже теряет терпение. Так что иди. – Она слегка надавила мне на грудь, отодвигаясь назад. – Пока не стало еще тяжелее. Я найду тебя снова, обещаю. – Хотя ее взгляд оставался мрачным, она смогла подарить мне едва заметную озорную улыбку. – Не начинай битву без меня.
– И не мечтай об этом. – Наклоняясь вперед, я еще раз поцеловал ее. – Я тоже люблю тебя, Эмбер, – прошептал я. – Скоро мы увидим друг друга снова. – И, хотя это была одна из самых тяжелейших вещей, которую я когда-либо заставлял себя делать, я выбрался из кабинки и зашагал прочь. Вышел из бара и оказался на тускло освещенной парковке.
Мартин ждал меня снаружи, стоя в мигающем свете неисправного фонаря. Его руки были скрещены на груди, он пристально рассматривал меня, пока я приближался. – Это заняло куда больше времени, чем я думал, – произнес он, когда я встал перед ним. – Себастьян, которого я когда-то знал, едва выдерживал разговор с гражданскими, не говоря о девушке. – Его глаза сузились. – О чем же настолько интересном вы с этим драконом разговаривали? А знаешь, что… неважно. – Он поднял ладонь вверх. – Я не хочу знать. У тебя с собой все, что нужно?
– Да, сэр, – просто ответил я.
– Ты вооружен, я так понимаю?
– Да, сэр, – снова повторил я.
Он кивнул.
– Ну, хорошо. Прежде, чем мы уйдем, позволь мне прояснить одну вещь, Себастьян, – угрюмо начал он. – Единственная причина, по которой я хотя бы рассматриваю это, лишь одна – Орден сейчас слишком разобщен, и иерархии внутри Святого Георгия практически не существует. Если то, что ты говоришь, правда, тогда моя обязанность любой ценой защитить свой капитул и солдат, которые живут в нем. Отсюда следует, что я буду прикрывать тебя, когда мы окажемся там. Смогу защитить тебя от солдат по прибытии, но не думай, что будешь принят назад с распростертыми объятьями. Ты все еще изменник и прислужник драконов, и всем в Ордене известно, что ты сделал. В лучшем случае, это временное перемирие. И если твои драконьи друзья объявятся, я не стану приказывать застрелить их на месте, но им следует оставаться так далеко от солдат, как только возможно. Это понятно?
– Да, сэр, – снова ответил я. Это не было идеальным вариантом: я знал, мои бывшие братья презирают меня так же сильно, как и драконов, с которыми сражаются. Знал, что все еще остаюсь предателем и врагом в их глазах. Подобно Каину, имелось несколько солдат, которые, я мог догадаться, потребуют наказания и могут попытаться свершить его надо мной самостоятельно. Эти самые солдаты придут в ярость, если в капитуле объявится группа драконов, даже тех, которые считаются нашими союзниками. Я должен буду вести себя осторожно, чтобы защитить себя и своих «чешуйчатых друзей» от бывших братьев. Если они ранят Эмбер или какого-то детеныша в структуре Райли, я никогда себе этого не прощу.
И все же, хоть я и должен буду действовать осторожно и очень мягко прощупывать почву, это было гигантским шагом вперед. Мартин выслушал нас. Он говорил с Эмбер, не пытаясь убить ее. И впервые в истории отряд драконов будет допущен внутрь Святого Георгия. Это все изменит.
Если только Райли решит прийти, тогда это случится. И кто-нибудь из нас все еще останется в живых после Ночи клыка и пламени.
Мартин кивнул и указал на черный джип в нескольких шагах от нас.
– Ладно, – угрюмо сказал он. – Уезжаем отсюда.
Когда я последовал за ним в машину и закрыл дверь, меня охватило смутное чувство дежавю. Прежде я сидел в этом джипе с Мартином всего однажды, но помню все настолько четко, как если бы это случилось вчера. Шесть лет назад, когда он забрал меня из Академии Святого Георгия и мы поехали на похороны Лукаса Бенедикта.
Мартин не смотрел на меня, но я размышлял, вспоминает ли он об этом.
