Почему он не сказал ей что-нибудь еще в тот день перед уходом? Что-нибудь такое, что она могла бы взять с собой. Что-нибудь вдохновляющее для Испытаний, предстоящих ей в конце второго года в Лицее.
«Тебе нужно как следует поработать над этим джебом, Солара».
И больше ни слова.
Удар. Удар. Удар.
Сол била все сильнее, все быстрее. Кровь брызгала на деревянную доску, на пол пустой тренировочной комнаты.
Даже кулак больше не подчинялся ей. Он двигался впереди, как будто принадлежал другому телу. Она слышала глухие удары, но ничего не ощущала: нервы онемели.
«Тебе нужно как следует поработать над этим джебом, Солара».
Уже не дыша, Сол продолжала бить, бить и бить. Слезы застилали глаза и падали, смешиваясь на полу с кровью и потом.
– А-а-а! – кричала она на отца, злясь за то, что он ушел, за то, что умер. Кричала на киротийского гривара, который убил его и которого звали Истребителем. Но больше всего она кричала на себя – за то, что снова и снова терпела неудачу, за то, что не стала тем наследником, которого хотел Артемис Халберд.
– Сол. – Кто-то произнес ее имя, и она услышала, хотя и продолжала бить в доску кулаком.
– Сол!
– Отец?
Она, должно быть, сошла с ума, если слышит его здесь, в этом пустом тренировочном зале.
– Я работаю над этим джебом, – прошипела она сквозь зубы.
– Сол. – Чья-то рука легла ей на плечо.
Она схватила ее, машинально упала на колени и рванула, бросив кого-то через плечо на твердый пол. Сэой-нагэ.
– У-ух!
Сквозь пот и слезы Сол посмотрела вниз. Сего. Ее друг лежит на полу, держась за голову, и встревоженно смотрит на нее.
Сол перевела дух и наконец опустила руки. Она глядела на Сего, не зная, что сказать, и даже не потрудившись вытереть слезы.
Он медленно поднялся:
– Сол, мы беспокоились о тебе. Вся команда.
– Извини, – только и смогла выдавить Сол.
– Не извиняйся. Любой на твоем месте чувствовал бы то же самое. Узнать о случившемся из «Обзора Системы», вместе со всем миром… Так не должно быть.
Сол наконец уступила изнеможению, накопившемуся за несколько бессонных ночей.
– Меня беспокоит не это. И здесь я не потому…
Сего терпеливо ждал. По тренировочному залу пробежали тени.
– Я злюсь. – Ей было стыдно признаться в этом. – И чувствую, что не могу перестать злиться. Обычно у меня получалось, но теперь кажется, что я больше не в силах контролировать себя полностью.
Сего кивнул. Он всегда умел хорошо слушать.
– Такое ощущение, что это сидит в животе. Тяжесть. Словно какой-то груз. Ия не знаю, что делать.
– Понимаю.
