Я осторожно двинулась через царящий внутри беспорядок. Когда-то аккуратные ряды стеллажей с запчастями для роботов были повалены и лежали, ржавея, в разящих железом лужах. Вода вокруг ящиков с испорченной электроникой и груд металлолома была покрыта радужными разводами ядовитых цветов. Сломанная труба возле потолка разбрызгивала грязную воду над ремонтными ямами. Невзирая на то, что всё вокруг было покрыто слоем ржавчины, лучевые турели под потолком продолжали функционировать, медленно вращаясь туда-сюда в поисках нарушителей, плюс, я слышала мерное гудение левитационного талисмана где-то на втором этаже.
Мой ПипБак тревожно защёлкал, когда я проходила мимо груды испорченных спарк-батарей. Из разрушенных контейнеров в воду вокруг моих копыт сочилась светящаяся жидкость фиолетового и оранжевого цветов, и дозиметр среагировал моментально. Без лишних слов Глори достала таблетки Рад-Икса. Рампейдж одарила их презрительным взглядом.
— Что, у тебя и к радиации иммунитет?
— Нет. Но ей не под силу убить меня, — ответила Рампейдж, а затем решительно поскакала вперёд. — Хватит осторожничать! — радостно завопила она. — Это становится скучно!
— Тревога! Тревога! Вы находитесь в запретной зоне! Тревога! Сдавайтесь немедленно!
К несчастью, ни роботы, ни турели, похоже, не собирались принимать нашу «капитуляцию», да и Рампейдж была не в настроении сдаваться, поэтому «Протектопони» тут же побрели вперёд, словно механические зомби, а турели принялись посылать в неё смертоносные лучи алой смерти. Металлическая броня Рампейдж почернела, отразив часть энергии, и полосатая пони рванула через комнату, кромсая роботов на кусочки.
— Помни про головы… ой! — закричала ей вслед Глори, когда турели засекли нас и открыли шквальный огонь лучами магической энергии, которые прожгли несколько новых дыр в моей броне и шкуре. Я сощурила глаза и, вызвав З.П.С., направила четыре револьверных пули в корпус ближайшей турели. Глори добила её двумя розовыми молниями из своего дезинтегратора. К сожалению, наши выстрелы пробудили к жизни ещё больше роботов. Они вышагивали из своих заполненных водой станций подзарядки, роняя ржавчину. Честно говоря, я и не представляла, насколько они опасны, до тех пор, пока они не открыли по нам огонь.
Я выпустила последние две пули в грудь неуклюжего металлического пони, и тот, окутавшись электрическим разрядом, взорвался! Горячая, острая шрапнель осыпала меня с головы до ног, и я с трудом устояла на ногах.
— Ос…осторожно! Они крайне… нестабильны!
— И не только они! — крикнула Глори, указывая на Рампейдж, которая, хохоча, как ненормальная, пинком отправила искрящиеся обломки в турель.
Затем открылась дверь и в комнату вкатился «Драгун».
— Рампейдж! А вот и главное блюдо! Ату его! — закричала я, высыпая стреляные гильзы в воду и заряжая в револьвер шесть новых крупнокалиберных патронов. Левое плечо робота распахнулось, выпуская ракету, которая, прочертив воздух, ударила в полосатую пони, отправляя её в полёт, который закончился в куче роботического хлама. Затем робот медленно покатился через комнату, взяв на изготовку свой скорострельный пулемёт.
— Отставить! Все в рассыпную! — снова закричала я, припустив через погрузочную площадку, подальше от П-21 и Глори. Выстрелы пистолета Капкейка были не более чем жалким тявканием, даже с З.П.С., направляющим пули в жуткое завывание минигана, посылающего мне вслед длинные очереди.
Ещё никогда в жизни я не испытывала ничего, что хотя бы отдалённо напоминало попадания из минигана. Мне показалось, будто меня засунули в швейную машинку. Очередь из мелкокалиберных патронов зацепила меня, впиваясь в части тела, не прикрытые бронёй и нанеся несколько проникающих ранений, к счастью не опасных для жизни. Я рухнула в грязную воду, укрывшись за перевёрнутым столом.
— Не вставай! — закричал П-21, доставая шоковую гранату, когда «Драгун» въехал в воду. Он швырнул гранату прямо перед роботом, и она взорвалась с довольно неубедительным треском. Робот, тем не менее, судорожно задергался, когда повредило его матрицу заклинаний. Хотя и не остановился.
Внезапно куча металлолома разлетелась в разные стороны, когда из неё со знакомым истерическим смехом выскочила Рампейдж. Левая сторона её лица исчезла, обнажив кости черепа, но прямо на моих глазах плоть медленно возвращалась на место. С пеной на губах от принятого Стампида, она рванула через грязь прямо к роботу. Тот повернул к ней свой миниган, и я с ужасом наблюдала, как пулемётная очередь снова сдирает плоть с её лица. Но это не свалило её! Она бежала сквозь плотный огонь минигана, разрывающий её тело в клочья, словно это был грибной дождик! Её изрешечённые органы вывалились в грязную воду, когда она подобралась к роботу вплотную. И в этот момент его оружие замолчало — иссяк боезапас.
