— Это какие-то лесные банды и речные пираты, ничего серьёзного, но вырезать всю эту шваль всё равно бы не плохо. С кем прикажешь закалять твоих бойцов, если не с самым невзрачным противником, а? — вопросительно глянул на него Эйверь.
— Так чего ж мы стоим-то? — только и бросил в ответ капитан, — Взвод, стройся! — приказал он, но никто не сдвинулся со своих мест, все смотрели на реакцию паладина.
— А швыряние едой, мы, значится, им простим? — хмыкнул Карпатский Зверь, разворачиваясь в сторону выхода со двора.
— Думаю, если на Олмар напали, то их наказание может подождать. Пусть в бою себя проявят, пусть поведут себя достойно, — отвечал он, касаясь своего меча в ножнах на тёмно-бордовом поясе с позолоченной застёжкой.
— Иными словами, ты даже им взыскание не придумал, — констатировал паладин, удаляясь.
— Я думал, раз такое дело, то защита крепости куда важнее, — кофейные глаза нервно забегали, выдавая поток мыслей в попытках придумать, как же потом наказать участников перепалки едой.
— Лучше бы ты придумал дисциплинарный лист для своих, где были бы указаны виды наказаний за все проступки. Прикрепишь такой на дверце казармы или ещё где на видном месте, чтобы всегда перед глазами был, глядишь, начнут себя вести нормально, — посоветовал паладин.
— Обязательно что-нибудь придумаю, ваше превосходительство, — нервничал Рихард всё сильнее, мечтая, хотя бы тему поменять.
— Ну, что? По семь плетей каждому и отпустим с миром? — предложил сурово паладин, обернувшись и вгляделся в ошарашенное лицо остановившегося капитана — Хе-хе, да не бледней так, Крэйн, шучу я, — хотел было ладонью хлопнуть он капитана взвода по плечу, но вовремя остановился за пару дюймов от шипов, и, поменяв положение ладони, похлопал того сзади в области лопатки по броне, а затем обернулся к остальным, — Вольно, бойцы! Взять обмундирование, проверить оружие, — командовал он, — Ну давай, это же твои слова, собирай их и выдвигайся в западное крыло, — велел он Рихарду, — Пойду остальные взводы «пробужу», — имел он в виду, спешно сообщит им весть о нападении, прикажет подготовиться, собраться и также двигаться к осаждаемым стенам и башням крепости.
Капитану Крэйну, воспитанному успешным, небедным, но суровым отцом-сапожником без матери в большой строгости, любые напоминания телесных наказаний навевали жуткие воспоминания о пережитом детстве, когда любое баловство, непослушание, слишком долгие прогулки с друзьями заместо веленной работы по дому и прочие детские обыденные выходки карались довольно жёстко. И так как к сапожному делу он не тяготел, а скорее испытывал отвращение, как и к собственному отцу, то, как дармоеда, тот отправил его по юности сюда, служить в войсках, где Рихард вполне преуспел вот уже и дослужился до звания капитана собственного взвода.
Но когда к его кадетам приходилось применять подобные дисциплинарные взыскания он всегда в душе их жалел, старался вообще не допустить подобного с теми, кто уже итак от жизни натерпелся, защищал, давал предупреждения и последние шансы, однако иногда выхода у него просто не было и приходилось отдавать приказы о наказании. Хоть сейчас взвод пронесло, видать, из-за случившейся осады, что взвод куда нужнее в деле защиты крепости.
Кадеты во дворе тут же повиновались, ринувшись к казармам, ощупывая оружие на поясе, у кого было, у кого не было, у кого красовались лишь пустые ножны… А Ильнар, например, выбирал, какой из любимых луков стоит взять с собой, белокудрый Нимрод обвешивался порошками и алхимическими склянками, да и Такада пополнял запасы метательных орудий на своих переброшенных через плечо крестом чёрных кожаных лентах помимо креплений на ремне у поясницы.
— Смотри, что сделала, — похлопала Гала по кожаному многослойному наплечнику Стромфа, показывая ему ту самую железяку из нагрудной сумки, которую усердно чеканила всё утро.
Аккуратно обточенный почти ровный овал по центру имел выпуклое изображение его щита-капли с выгравированным драконом Дайнеров. Немалое терпение требовалось, чтобы во всех деталях исполнить этот не самый простой среди правящих семей Энториона герб, и весьма неплохие художественные навыки, чтобы вообще при помощи чеканки его на щите правильно и ровно отобразить.
— Красиво, — улыбнулся рослый усач, бывший крупнее даже самой Галы, — Мой щит? Один в один! — дивился он, — Дать такой пикси в ручки, как бы мило смотрелось, — воображал он, если б у такого снаряжения был соответствующий по росту владелец, например из маленького народца фей.
— Это для тебя, — сказала девушка смущённо, — Я для всех сделала, — добавила она спешно следом, чтобы первая фраза не прозвучала как-то романтично и влюблённо.
— Мило, э-э… Спасибо! — принял он подарок, даже не зная, что с ним делать и куда сейчас деть, пытался поставить на полку, уперев задней частью о стенку.
— Можно вставить в кожаную оправу и носить, как отличительный знак, — предложила Гала, — Или вплавить к броне.
