Он понял, что все эти разбойники не под гипнозом, не под зельем бешенства, что их можно испугать, однако эффект от такого заклятья был лишь временным, а потери от страха они несли довольно-таки минимальные. Лишь у немногих не выдерживало сердце, а мастера, павшие с осадных машин далеко не все несли тяжкие повреждения не совместимые с продолжением боя.
Правые нацеленные метательные орудия били по внутренней стене, пробивая бреши уже в ней. Часть катапульт пододвигали ближе, так как и их цель теперь немного отдалилась после разрушения внешнего кольца. Открывался внутренний коридор перед второй стеной крепости, где было пространство для ведения сражения и возможность не пускать вовнутрь наступающее войско.
— Расстреливайте их с удачных позиций отсюда, пока идут, — приказал король генералам, но через них как бы всем ближайшим лучникам, — Спустить вниз стражников, пусть бьются и не дают прохода этой армии.
Джеймс Дайнер смотрел, как лучники, одни отряды с заточенными, другие с подожжёнными стрелами, натягивали тетиву, и давали выстрелы, обрушивающиеся с пронзающим свистом на приближавшихся разбойников. Сносили тех на ходу и на бегу при подходе к замку, заставляли других спотыкаться о тела своих раненных и убитых товарищей, снова осыпали им спины и торсы стрелами, поджигая заодно волосы и одежду.
Скашивая так ряд за рядом, быстро перезаряжаясь с помощью помогающих кадетов и пажей, которым дисциплинированный старый Уоттенмайер велел поступать, словно прислуга перед рыцарями, во всём своим помогать и ассистировать, стрелковые придворные отряды уверенно наносили ущерб прущему напролом войску.
Попытки для тех ускориться и миновать намеченные стрелы столкнулись с хитростью де ла Домингеса, который изменил расстановку и порядок стрелков так, чтобы они теперь били не в один передний ряд, а покрывали стрелами целое поле, кто ближе, кто дальше, рассыпая стрелы на целую зону, в которую и вбегали ускорившиеся войска наступающих. Так получилось даже намного эффективнее, вместо одних передних воинов стрелы убивали почти всех в определённой прицеленной зоне.
И вот отряды пиратов в рубахах перестали вдруг бежать привычной дорогой к пробитой бреши, а на лесной опушке засели под командованием своего адмирала изготавливать новые поделки. На этот раз впервые не наступательные типа тех же катапульт, а оборонительные из всего того, что было сложено и доставлено с реки.
За счёт основ и оправ на передвижных колёсах создавались узкие коридоры и целые широкие сараи винеи, покрытые сверху воловьей кожей в два три слоя, не проницаемой для наконечников стрел и не восприимчивых к огню. Их создание заняло весь вечер и ночь, что дало войскам короля время на организацию обороны, и ночные подковы к не прекращающим обстрел правым катапультам.
Золотой серп молодого месяца выглядывал из облаков и освещал устланное телами подножье западной разрушенной стены, где, где вовсю трудились рабочие, восстанавливая пробоину и выстраивая всё новые и новые заграждения рядом с трещиной. Одни затачивали брёвна в частокол, другие скрепляли каменную кладку, третьи что-то усиленно разрывали в земле по повелению Его Величества.
— Позади треснувшей стены возводите «карман», — приказал король Вайрусу, — Возьми людей и выстраивайте там обратный бастион. Так, чтобы вломившиеся оказались в засаде под обстрелом сразу со всех сторон. Превратим нашу слабость в наше оружие, устроим им тут ловушку и «тёплый» приём, — хлопнул он по плечу камерария, а сам в сумерках отправился проведать семью и убедиться, что с теми всё хорошо, что они накормлены и не напуганы.
Были расставлены караульные и дозорные на ночь, все лучники по бойницам и амбразурам, и никакой возможности вернуться в казармы для рядового состава. Все ночевали под на скорую руку собранными военными архитекторами короля деревянными навесами на случай обстрела.
Наутро же перед Его Величеством при свете дня уже предстали во всей красе последствия долгого вчерашнего обстрела осадными орудиями. Побитые постройки, треснувшие стёкла, валявшиеся там и тут либо сами камни-снаряды, либо последствия их попаданий — куски отколотых стен от различных зданий.
Минуя пустые дворы и разрушенные обстрелом постройки, он заметил скопившихся клириков у здания церкви. Как оказалось, вчера один из камней с катапульт пробил крышу и чётко упал на алтарь в процессе богослужения. К счастью, как доложил подбежавший к Его Величеству прелат, никто не был смертельно ранен. Пострадавшие поправляются и уже завтра будут вновь молиться за победу.
— Мда-а… Недобрый знак, — промолвил король, стоя в распахнутых дверях и оглядывая дыру в крыше да возлежащий на алтаре Семерых Богов массивный булыжник.
