Кровь мага полностью

Весь день Арно Долман боролся с нарастающим гневом. «Почему тяжелая работа всегда достается мне, пока остальные прохлаждаются во дворце? – думал он. – И почему Гурвон поставил во главе Сорделла, если все, чем он занимается, – это таращится в будущее в своей башне или лебезит перед Альфредо Горджо. Ленивый, наглый аргундский слизняк. Новые рекруты тоже сопливые, мелкие уроды – никакой практической пользы. Как и от этой суки Ведьи тоже. Я единственный делаю здесь свою работу. А ведь мы должны укрепить этот дурацкий растянувшийся город, глаза бы мои его не видели, до начала треклятого похода».

Брохена являлась столицей, и люди слетались сюда, словно пчелы на мед. Она уже много лет как разрослась за пределы своих бастионов. Доробоны усилили стены, а Нести вновь их разрушили, позволив Альфредо Горджо войти в столицу силами десяти тысяч человек, не встретив сопротивления.

Что творит Елена? Зачем завалила Самира? Хочет, чтобы ей досталось побольше добычи? Это было бы вполне в ее, суки, стиле. Гурвон просто озверел; похватав всех, кого мог, он отправил их воздушным кораблем в Явон, и с момента прибытия сюда Арно занимался стенами. «Кто-то должен отстроить стены вокруг внутреннего города, Арно, и ты в этом деле лучший», – сказал Гурвон ему. Льстивый ублюдок. А что насчет помощи других? Держи карман. Гурвон свалил обратно в Брез по какому-то бредовому делу, оставив Сорделла и его педиков выписывать кренделя перед Горджо, пока Ведья, как обычно, шастала по мужикам.

Возможно, он плохо спал или что-то еще в этом духе, но сегодня все это раздражало его особенно сильно. Арно чувствовал, как его ярость начинает закипать. Используя ее, чтобы разжечь свой гнозис, он вновь запустил руки в камень, поднял его так, словно тот был ириской, придал ему форму и укрепил. С запада большую часть старого города уже окружала новая каменная стена – результат двух недель праведного труда, от которого Арно порой тошнило.

Занеся над головой каменный блок, который с трудом сдвинул бы индранский слон, он швырнул его аккурат на то место, где тот должен был стоять. Весь день Арно работал на грани, желая, чтобы его треклятые усилия наконец принесли хоть какой-то видимый результат. Гурвон сказал, что мелкие Нести все еще в Форензе, но что, если они уже выступили? Исключать такую возможность нельзя, особенно если в деле была замешана эта подлая девка Елена Анборн.

Арно плюнул, пожелав, чтобы можно было довериться хоть кому-то, кроме Гурвона. В старые времена вокруг царило чувство товарищества. Но не сейчас. Когда к ним присоединилась Ведья, все быстро покатилось в пропасть – сидийская ведьма была ядом в чистом виде.

Он яростно затряс головой. Откуда вся эта злость? Арно поднял еще один блок и швырнул его на первый, едва не пошатнувшись от усилия. Если он закончит эту секцию до заката… Маг вкладывал в работу все: гнозис, мышечную силу, волю. Мы должны успеть в срок, провались оно все в Хель! Арно прекрасно осознавал, что четверо охранявших его солдат смотрели на него с благоговением. Он безмерно гордился своими навыками. Да, смотрите на меня: вот на что способен настоящий маг.

Он по локоть погрузил руки в два огромных блока и, формируя их как тесто, соединил брылы в одну, приготовившись взяться за следующую. От напряжения у него начинала кружиться голова. Шумно вздохнув, Арно осмотрелся. Кóровы яйца, уже вечер. Он взглянул на грязные лачуги джхафийской бедноты и не заметил ни одного лица. Это было необычно. Испугались большого рондийского мага, да, мразь?

Потерев себе лицо, он застонал. Да что со мной не так? Обычно я таким не бываю…

«Но нужно сделать еще», – прошептал голос внутри него. «Да, нужно», – подумал Арно. Он наклонился за еще одним блоком, таким же громадным, как предыдущие два, и едва не пошатнулся от усилия.

«Еще всего один», – увещевал его вкрадчивый шепот.

Чужой шепот.

Рукка! Все стало ясно: его изматывали как быка на эстеллейнской арене. Обернувшись, Арно заметил движущиеся тени, но успел лишь крикнуть «Берегись!», прежде чем маленькая фигурка, появившись за спиной у крайнего солдата, дернула того назад и рассекла ему яремную вену. Полетели черные в сумерках брызги крови. Остальные стражники попытались выхватить оружие, но другие тени метнулись к ним, ударив их в шею или под левую подмышку. Стражники упали, испуская дух. Ближайшая из атакующих скользнула к нему; у нее были выгоревшие на солнце светлые волосы, а ее глаза блестели.

– Елена. – Сука, я должен был понять. – Как давно ты…

– Весь день, Арно. – Ее голос был мягким, почти печальным. – Подстрекала тебя. Остались хоть какие-то силы для боя?

– Даже не сомневайся!