Кровь мага полностью

– Агент Гайла, эта Красная Перчатка, хочет ввести в игру еще один фактор. Перчатка часто символизирует личину или подспудный контроль. Подброшенная монета должна означать коррупцию. А ящерицы часто символизируют перевертышей или изменников.

Сэра не могла скрыть свой страх.

– Что мы можем сделать, Елена? – спросила она наконец. – Это может быть кто угодно, и удар он может нанести откуда угодно. – Девушка съежилась в своем кресле. – Все так безнадежно… Я должна найти способ уберечь семью, но у наших врагов на руках все карты. Это так нечестно.

– Жизнь редко бывает честной, – заметила Елена.

Сэра сверкнула на нее глазами:

– Я знаю. Ты говорила мне миллион раз. Мы все стольким жертвуем и так стараемся. Почему разрушать настолько проще, чем строить? Почему Бог позволяет этому происходить?

Елена сморщила нос:

– Какой бог? Ахм? Кор? Соль?

– Да любой из них! Почему люди вроде Гайла должны обладать таким могуществом?

Елена тяжело откинулась на спинку своего кресла. Предсказания испортили ей настроение. Вдобавок она проигрывала битву с мигренью.

– Призы достаются победителям, Сэра, и правил в этой игре нет. Те, кто играет честно и достойно, неизменно проигрывают. Это истинный урок жизни. Нет ни богов, ни справедливости – лишь победы.

Сэра сникла.

– Это так пусто, – прошептала она. – Это ужасная философия. Ты же не можешь на самом деле в это верить, правда? Ты должна верить во что-то большее, Элла?

Разве? Елена потерла виски, застонав. Во имя Кора, просто дай мне отдохнуть, девочка!

– Разумеется, я верю в большее, Сэра, – произнесла она вслух. – Все мы верим. Мы пытаемся найти смысл во всем, что делаем. Я хочу того же, чего хотим мы все: любви, счастья, достойной жизни, уважения. А еще – безопасности, хорошего вина и немного брицийского сыра. И поспать. – Елена слабо улыбнулась. Ее отражение в чаше выглядело бледным. – Прости. В коллегии этика и философия давались мне очень плохо.

Сэра тоже потерла себе виски.

– Это для меня слишком, Элла. – Она подняла взгляд. – Все, что я могу, – это изо всех сил оберегать семью всеми доступными средствами.

Елена грустно кивнула:

– Это – причина, не хуже любой другой. – Она прижала пальцы к виску. – У гребаного Сорделла никогда не было от этого головных болей, – горько пробормотала она.

Сэра обняла Елену и довела ее до постели.

– Грацье, Элла. Спасибо тебе за все. – Она поцеловала Елену в щеку. – Хороших снов, – печально добавила девушка.

– Увидимся утром, – простонала Елена.

Вечер был еще не поздним, однако она провалилась в забытье уже до того, как Сэра вышла из комнаты, даже не подумав о том, чтобы поесть.

Войдя к себе в комнату и заперев дверь, королева-регентша подошла к окну и стала высматривать воронов.

– Помнишь мой последний открытый визит в Брохену, Сэра? С тех пор прошло уже два года. Время летит, не правда ли? – Гайл заговорщически улыбнулся королеве-регентше, и та покраснела. – Я выполнил свою часть сделки, согласись. Я никому не сказал о нашем маленьком секрете.

Нижняя губа Сэры Нести задрожала. Она выглядела так, словно ей хотелось броситься наутек.

– Я никому не выдам твой секрет, Сэра, – поспешил добавить Гайл. – Есть одна старая римонская пословица: «Те, кто разделяет добродетель, связаны; но те, кто разделяет порок, связаны крепче». Мы разделяем один и тот же порок, Сэра. Нам нравится шпионить за людьми.

– Я ни в чем на тебя не похожа, – парировала Сэра, при этом в ее голосе звучала неуверенность.

– А вот я бы подумал, что, скорее, похожа. Помнишь, как я наткнулся на тебя в тайных ходах Брохенского дворца? Ты знала их все, не правда ли? Ты частенько проскальзывала в них поздно ночью, чтобы следить за своими придворными в их спальнях.

Сэра виновато опустила голову.

– Ты собирался сказать о чем-то, что мне поможет, – пробормотала она, неуютно ерзая. – Так говори, или я пойду и обо всем расскажу Елене.

Это была пустая угроза, и Гайл ее проигнорировал.

– Но за мной тебе шпионить не следовало, скажешь, нет? – Он погрозил девушке пальцем. – Но тебе просто необходимо было узнать, чем занимаемся мы с Еленой, да? Что делают в постели рондийские маги? Меняют ли форму, сношаясь подобно демонам?

Сэра закрыла лицо руками.

– Уходи, – прошептала она.

– Я, разумеется, знал, что ты там. Ко мне подкрасться невозможно. Должно быть, досадно было не увидеть ничего, кроме занавесок. – Он наклонился к Сэре, почти касаясь оберегов. – Мы заключили сделку, ведь верно? Я не говорю никому о том, что ты делаешь, а ты рассказываешь мне все секреты, которые узнала.

Сэра молча кивнула, и маг ухмыльнулся.

– Не стыдись. Желание знать секреты естественно. И мы разделяем эту потребность. Мы связаны пороком сильнее, чем нас связала бы добродетель. – Его улыбка стала понимающей. – Разве я не сделал твои укрытия более незаметными? Разве не поставил обереги, приглушающие звук? Не сохранил их в тайне от Елены? – Гайл вновь улыбнулся. – Мы действительно очень похожи, королева-регентша.