Услышав отдаленное рычание своей матери, Аларон начал терять сознание, но внезапно все прекратилось и он упал спиной на сержанта, жадно хватая ртом воздух, несмотря на боль.
Беско вновь плюнул:
– Ах, полагаю, вы правы, сержант. Он того не стоит. – Лицо Беско нависло над Алароном. – Слышал, мальчик? Ты этого не стоишь. И никогда не будешь. – Развернувшись, он повторил: – Покинуть имение до тридцатого, ты, старая ведьма.
Сказав это, он вылетел из комнаты.
Сержант Харфт мягко поднял Аларона на ноги.
– Ты в порядке, парень?
Аларон попытался заговорить, но горло мучительно болело, поэтому он лишь кивнул.
– Прости, парень. Я представления не имел о цели этого визита. Простите, мадам.
– Убирайся отсюда, Харфт, – рявкнула мать Аларона, но затем ее голос стал мягче: – И передавай от меня привет своей Мэгги.
Харфт кивнул и, пятясь, вышел.
– Да, мадам.
Сев на пол, Аларон стал массировать свое горло.
– Значит, ты унаследовал семейный темперамент? – произнесла Тесла. – Возможно, ты еще не безнадежен. Но ума у тебя как у твоей тетушки.
– Чт… – вновь попытался заговорить Аларон, чувствуя, что боль в его горле ослабевает. – Что сделала тетушка Елена?
– Понятия не имею, – фыркнула Тесла. – Это дело рук Вольсай. Эти мерзавцы – злобные руккеры. Уверен, твоя тетя отлично вписалась в их ряды. Она была безжалостной мразью. Так что бить в спину она умеет. Надеюсь, она задала им жару.
Нороштейнская ратуша была битком набита состоятельными жителями города, в первую очередь – магами: в этот вечер все потомки Благословенных Трех Сотен желали продемонстрировать свое богатство и статус, ведь они принимали в свои ряды выпускников. Будут заключены либо подтверждены помолвки, начнутся карьеры. Богатые не-маги приводили своих детей, надеясь привлечь внимание тех юношей и девушек, которые сегодня находились в центре внимания. Этот день по праву принадлежал выпускникам.
Обычно в таких случаях председательствовал губернатор, но поскольку государственные дела требовали его присутствия в Зимнем дворце в Брезе, на его месте сидел король. После Мятежа его власть значительно ослабла, однако двадцатидвухлетний король все же оставался важной фигурой. Когда Мятеж подавили, его отца казнили, а он сам провел бóльшую часть жизни узником в Лукхазанском дворце. Худощавый и довольно застенчивый молодой человек с завистью смотрел на тех, кому в его королевстве принадлежала реальная власть.
На Алароне была его лучшая серая мантия. Его только что подстриженные волосы отблескивали рыжеватым в лучах гностических светильников. Отец сопровождал его. Мать по-прежнему жила в имении, поскольку отец подал в совет документы, позволившие помешать выселению. Документы доказывали, что финансирование со стороны Елены юридически являлось даром и потому не могло быть конфисковано. Это означало, что выселить Теслу Анборн нельзя. Впрочем, без денег Елены они все равно не смогут содержать имение, поэтому выпуск Аларона становился еще более важным.
Одетый в свой лучший саббатний наряд Рамон стоял рядом с Алароном, однако их одежды не могли сравниться с роскошной экипировкой «Чистых», щеголявших в отороченных золотом бархатных чулках и дублетах, с золотыми кольцами на пальцах и в отполированных до блеска кожаных сапогах. Женщины вздыхали при виде Малеворна, Сета и Фрэнсиса, которые важно проходили мимо, кивая выпускницам Арканума для девушек, целуя руки и рассыпаясь в любезностях, заставлявших выпускниц жеманно улыбаться и краснеть. Аларон смотрел на обращенные им вслед полные восхищения взгляды с омерзением. Затем он увидел Веберов и спрятался за колонной, однако сделал это недостаточно быстро. Джина, серьезного вида девушка, отошла от своего отца и зашагала к нему. Ее прямые светлые волосы были собраны в старомодный пучок; она выглядела так, словно намеревалась сразу превратиться из школьницы в мать семейства.
– Привет, Аларон, – протянула руку она.
На ней было шитое золотом зеленое бархатное платье с глубоким вырезом, который привлек внимание Аларона против его собственного желания.
– А, привет, – ответил юноша слабым голосом.
Он таращился на ее руку.
Джина подбоченилась:
– Как прошли твои экзамены? Ты уверен в результатах? Мне лучше всего дались ясновидение и прорицание.
– М-м-м, хорошо. Да.
– Буона сэра, донна Вебер, – вмешался Рамон.
Джина вырвала свою руку из руки Аларона.
– Ой, привет! Ты все еще здесь? Как там твое имя, прости?
– Шайтан. Это часть моего королевства.
Девушка слегка поджала губы.
– Ой, смотрите, меня зовет отец. – Она указала на своего отца, говорившего что-то на ухо Ванну. – Присоединимся к ним, Аларон?
Она вновь предложила ему руку.
– М-м-м, я… Я только выпью. Рамон?
Раздраженно вздохнув, Джина зашагала прочь.
– Опять передумал, амичи?
– Она – занудная корова.
– Зато у нее красивые широкие бедра, – заметил Рамон. – Хорошо для деторождения.
Увидев, как Аларон залился краской, Рамон хохотнул, смутив стоявшие вокруг почтенные семейства.
