Мы прошли метров триста, свернули в переулок и оказались у небольшого дома. Он был обнесён высоким металлическим забором, а во дворе бегали азиатские овчарки. Пройдя мимо лохматых «стражей границы», мы вошли в баню, заранее натопленную услужливым хозяином.
– Не переживайте, сюда никто из посторонних не придёт, – заверил меня Аскаров.
В предбаннике я включил свой портативный магнитофон.
Аскаров рассказал, что Хилый является ликвидатором в этой, по его выражению, мафиозной структуре. За Мустафой много убийств, и все в городе его очень боятся. В последний раз он видел Хилого в день, когда произошло ДТП. Ликвидатор выходил из кабинета начальника милиции. Когда тот скрылся за поворотом коридора, Аскаров прошёл в приёмную и поинтересовался у секретаря, здесь ли начальник милиции. С её слов его не было, Кунаев уехал минут тридцать назад, до того как увидел Хилого. Тогда Аскаров спросил, что здесь делал этот мужчина. Секретарь ответила, что он тоже приходил к начальнику милиции, но не застал его и попросил разрешения воспользоваться телефоном. Но поскольку секретарь сама говорила по телефону, то разрешила позвонить с аппарата начальника. О чём говорил мужчина, она не знает, так как не прислушивалась.
Из окружения Михаила с ним поддерживал связь только Измайлов. Кто такой Хилый, откуда появился в городе, никто не знает. Со слов начальника милиции, Хилый следит здесь за многими большими людьми, контролирует их денежные отчисления в Алма-Ату. Никто не знает и того, кто стоит над Мустафой. Не знает даже Кунаев, который всегда всё знает.
– Подождите, а что вам известно о сотруднике местного отдела КГБ Каримове? Вам не кажется, что Мустафой управляет именно этот человек?
Аскаров, услышав фамилию Каримова, вздрогнул и с опаской посмотрел на дверь.
– Я не знаю никакого Каримова, – залепетал он.
– Так, Аскаров. Если говорим правду, то говорим до конца!
Он прикрыл мой магнитофон рукой и закачал головой, давая мне понять, что не намерен говорить на эту тему.
Я выключил магнитофон и с укором взглянул на собеседника. Он явно перепугался, когда услышал фамилию Каримова. Мне ничего не оставалось, как поблагодарить его за искренность и откланяться. У дверей дома стоял хозяин-казах и с любопытством смотрел на меня. Спустившись с крыльца, он отогнал овчарок, и я беспрепятственно вышел на улицу.
Судьба Аскарова не могла не волновать меня. Его отказ от показаний был мне понятен. Я не винил его. Ведь в этой игре каждый из нас преследовал свои цели.
В это утро я проснулся очень рано. В номере было прохладно и совсем не хотелось выбираться из тёплой постели. Я быстро встал, собрался, вышел на улицу и сразу же попал в объятия ледяного степного ветра. «Здесь вообще когда-нибудь бывает тепло?» – подумал я с ощущением полной безысходности.
Действительно, вскоре выяснилось, что на работе происходит что-то неладное. По коридорам сновали сотрудники.
– Что произошло? – остановил я первого попавшегося сержанта.
– Аскаров застрелился!
– Как застрелился? – обалдел я от услышанного мной доклада. – Когда?
– Сегодня утром. Пришёл очень рано и сразу пошёл в оружейную комнату, взял пистолет у дежурного и стал его чистить. Как в патроннике оказался патрон, никто не знает. Дежурный ему патроны не выдавал. Выстрел – и нет Аскарова! Пуля попала в правый глаз и вышла из головы. Врачи сказали, смерть наступила моментально.
– Кто-то из сотрудников присутствовал при этом?
– Вроде никого не было. Сам Аскаров выходил из оружейной на минуту, в туалет. Пистолет оставлял в комнате.
Это сообщение начисто выбило меня из колеи. Я едва добрёл на ватных ногах до кабинета и обессилено рухнул в кресло: «Вот и оправдались все его страхи. Судя по почерку, ликвидировали его умелые люди. Что происходит? Я просто становлюсь злым роком. Стоит мне пообщаться с человеком, расположить его к себе, как его тут же убивают. Один повесился, второй застрелился. – Мысли лезли мне в голову, одна страшнее другой: – Мог я как-то защитить Аскарова? Наверное, нет. Кто я здесь? Приезжий. Как приехал, так и уехал. Ну не было у меня возможности спрятать его от Хилого! Здесь все повязаны, нельзя доверять никому, каждый может продать любого в любую минуту. Но, несмотря ни на что, надо продолжать работать».
Мне позвонили.
– Здравствуй, Абрамов! – услышал я голос Лазарева. – Не забыл меня ещё? Я подлечился и в конце недели собираюсь в Аркалык. Как у тебя дела? Много машин нашёл?
– Василий Владимирович! Это не телефонный разговор, – ответил я. – Приедете, всё узнаете на месте!
– Слушай, что ты там сделал, что эти двое Ныров и его коллега, только о тебе и говорят? Чем ты их там приворожил?
– Не знаю. Вернётесь – поговорим на эту тему отдельно! – Мне было совершенно не до самопиара.
