– Еще одна деревяшка, которую надо пообтесать? – Она похлопала хлыстом по бедрам и плечам Индрис. – Отлично, отлично.
Чеда впервые заметила, как Сайябим гордится собой. Она любила оттачивать новые клинки, и, хоть Чеда месяцами ждала ее одобрения, ей все равно стало неожиданно приятно видеть: Сайябим довольна настолько, что позволила Заидэ забрать ее с тренировки.
– Ты идешь? – поманила ее Заидэ.
Чеда бросила быстрый взгляд на мрачное лицо Индрис и, пряча улыбку, поклонилась.
– Конечно, Наставница.
Заидэ привела ее в самое большое здание Обители, где располагались кабинеты Наставниц и стражей. Здесь Дев учили истории, каллиграфии и искусству татуировки. Тут же располагалась библиотека и, по слухам, подземный архив, в котором хранилась история Дев: дневники, хроники войн, записи о поручениях, данных Королями.
Чеда многое отдала бы за то, чтобы хоть краем глаза заглянуть туда! Однако ей до сих пор не представилось шанса попасть внутрь. К тому же она подозревала, что за каждым входящим в архив пристально наблюдают.
Войдя, она почувствовала, как полуденная жара сменяется прохладой. Чеда вдруг испугалась, что Заидэ привела ее сюда, чтобы передать другой Наставнице, например для урока каллиграфии.
– Наставница, могу я поговорить с вами о…
Заидэ, не оборачиваясь, схватила ее левую руку, сжала до боли. В коридоре никого не было, стояла абсолютная тишина, но послание Чеда поняла без слов: молчи. Не сейчас.
Вскоре они вошли в комнату с высокими окнами, льющими золотистый свет на обшитые деревом стены. Стойки вдоль них ломились от тренировочного оружия: мечей, копий, посохов, щитов, клевцов, тонфа и прочего – каждое так и сияло, начищенное. Кто-то ухаживал за ними с любовью, как Айя за своим простым деревянным мечом для тренировок.
– Разуйся, – велела Заидэ.
Они оставили сандалии на плетеном коврике у двери. Заидэ отошла, хлопнула себя по бедрам и поклонилась. Чеда ответила ей тем же. Они прошли на ковер, занимавший большую часть пола, сели друг напротив друга, поджав ноги.
– Ты знаешь, что это за место? – спросила Заидэ.
– Заидэ, я… – начала было Чеда, но та покачала головой. Чеда подчинилась. – Это савашам, тренировочный зал.
Она подумала, что Заидэ, верно, боится Короля Шепотов, а может, Юсама и его колодец.
– Да, это тренировочный зал. – Заидэ усмехнулась как ни в чем не бывало. – Однако не только. Ты помнишь, что я сказала, когда впервые показала твою татуировку?
– Что я должна бороться от души.
– Не от души, а всей душой. – Заидэ благоговейно обвела комнату широким жестом. – В этих стенах мы учимся быть Стальными девами. Сайябим права, тебе еще учиться и учиться фехтовать. – Она подалась вперед и прижала ладонь к сердцу Чеды. – Но я открою для тебя иные двери. Давай начнем с простого упражнения.
Она поднялась, жестом веля Чеде сделать то же самое.
– Ты должна научиться заглядывать в свое сердце. Так ты сможешь читать и в сердцах других.
Заидэ выставила правую ладонь, приняла стойку для рукопашного боя: колени полусогнуты, тело расслаблено. Чеда повторила ее движения.
– Не дай мне коснуться твоей шеи. Но используй лишь правую руку.
Чеда кивнула.
Несколько мгновений Заидэ стояла неподвижно, совершенно спокойная, но вдруг ее рука рванулась вперед, легонько ударила по шее. Чеда инстинктивно отпрыгнула. Удар был совсем легким, но почему-то ее пробил кашель, словно оливка застряла в горле. Боги всемогущие, она же едва уловила движение!
– Еще раз, – скомандовала Заидэ. Чеда откашлялась и вновь встала в стойку. На этот раз пальцы Заидэ безжалостно вонзились ей в горло, заставив закашляться еще сильнее.
– Ты смотришь на мою руку. Смотри на меня. Еще раз.
Чеда послушалась. Она привыкла наблюдать за своими противниками, читать их движения, предвосхищать атаки, но стоять в пустой комнате, ожидая удара, было непривычно. Она заставила себя вспомнить, что этот бой, хоть и тренировочный, ничем не отличается от боев в Ямах, расслабилась, принимая стойку. Взглянула Заидэ в глаза, окинула быстрым взглядом лицо и плечи, все тело… и вдруг увидела: мышцы на шее и плече Заидэ напряглись. Рывок… но в этот раз Чеда отбила удар. И следующий. Третий оказался обманкой: рука Заидэ нырнула вдруг вниз, пальцы скользнули по горлу Чеды снизу вверх, легко, как крылья бабочки. Но, несмотря на проигрыш ученицы, Заидэ улыбалась.
– Хорошее начало, голубка. На этом фундаменте мы что-нибудь да построим.
– Спасибо, что привела меня сюда, Заидэ, но…
Заидэ вдруг схватила ее за ворот и швырнула через бедро. Никогда еще Чеда не видела ее такой напряженной.
– Говори, когда к тебе обращаются, дитя. Поняла?
Чеда кивнула.
– Хорошо.
Заидэ отпустила Чеду и поднялась, легко и грациозно, словно и не провела много десятилетий в Шангази. Протянула руку, помогая Чеде встать.
– А теперь сотри эту ухмылку с лица.
Ухмылку? Чеда не заметила, что улыбается, но поняла, откуда взялась ухмылка. Началась настоящая учеба. Пусть придется запастись терпением, но все движется куда надо. Она встала в стойку, усилием воли стерев дурацкую ухмылку с лица.
