Взгляд Заидэ устремлен был куда-то за ее плечо, будто она сосредоточилась на чем-то невидимом, командуя своему телу восстановиться.
Чеда побежала к кувшину с водой на другом конце зала. К ее возвращению дыхание Заидэ замедлилось, щеки порозовели. Но все же Чеда задумалась, не позвать ли на помощь. Легко забыть, что Заидэ в два или даже три раза старше нее, но это был знак: нужно действовать осторожнее, иначе она потеряет единственную союзницу в Обители Дев.
– Хватит так на меня смотреть, – велела Заидэ.
– Как?
– И не вздумай меня жалеть. – Она допила воду, поставила стакан на стол и, вернувшись на ковер, вновь встала в стойку. – Я еще не готова отправиться в Далекие поля.
– Я не жалела, – Чеда встала напротив.
– Да? А что же тогда?
– Раздражает, что ты все время побеждаешь.
– Ты не умеешь врать, Чеда.
– Но я не вру.
– Говоришь полуправду, значит. Иди сюда. Новое упражнение.
– Может, передохнëм?
– Ну конечно, голубка моя. Может, еще раба позвать, чтобы тебе ступни помассировал?
Чеда и хотела бы посмеяться, но не могла отделаться от мысли, что Заидэ пытается ее отвлечь или, хуже того, храбрится перед неизбежным. Она была сильнее, чем многие в ее возрасте, но все же Чеда не могла перестать тревожиться. И не потому, что боялась потерять союзницу: ей правда нравилась Заидэ. Чеда поклялась себе не заводить подруг в Обители Дев, и все же эта пожилая Наставница стала ей ближе всех.
В конце концов она решила не спорить и встала в стойку, тыльной стороной руки касаясь ее раскрытой ладони.
– А теперь закрой глаза, – велела Заидэ.
– Зачем?
– Закрой глаза, я сказала.
Чеда подчинилась, хотя стоять с закрытыми глазами в боевой стойке ей не нравилось.
– Теперь послушай стук своего сердца.
Это было легко – сердце так и бухало в груди, – но она постаралась ощутить больше: как кровь бежит по телу, пульсируя в висках и на кончиках пальцев, каким медленным и глубоким кажется дыхание на фоне быстрого стука сердца.
– Хорошо, – сказала Заидэ, будто могла почувствовать, как глубоко Чеда ушла в себя. – Теперь услышь мое сердце.
Не понимая, чего от нее требуют, Чеда открыла глаза и потянулась к Заидэ, но та шлепнула ее по руке.
– Прости, – Чеда снова закрыла глаза, прислушалась к ритмам собственного тела. Но как почувствовать другого человека, она понятия не имела.
– Давай, Чеда. Ты же мнишь себя такой умной, вот и докажи.
Чеда сжала губы, но заставила себя расслабиться. Заидэ все время подгоняла и подталкивала ее то оскорблениями, то уловками, заявляя, что раз враг церемониться не будет, то зачем ей.
Их руки соприкасались, и Чеда решила сосредоточиться на тепле, на влажности кожи, на биении крови…
– Вот так… – прошептала Заидэ.
Их сердца бились по-разному: у Заидэ – ровно, хоть она и запыхалась.
– Теперь замедли свое сердце в такт моему.
Чеда попыталась, но от усилий ее сердцебиение лишь ускорилось. Заидэ просила ее освоить какую-то магию! Это был не просто интересный прием – он открывал нечто большее, возможно, главную тайну Стальных дев: как им удавалось читать мысли противников и запугивать врагов.
Сердце Чеды билось быстрее и по другой причине. Король Кулашан в бою пытался использовать против нее ту же технику: попытался остановить ее сердце, и лишь ненависть асиримов помогла ей выжить и победить.
– Замедлись, я сказала.
Заидэ была раздражена, но ее сердцебиение ничуть не ускорилось. Чеда сосредоточилась вновь, пытаясь ощутить себя всего лишь сплетенными воедино мышцами и сухожилиями, кровью и костями. Не человеком с воспоминаниями и чувствами – лишь телом.
У нее получилось наконец замедлиться, постепенно соединить их с Заидэ души, так чтобы сердца бились в унисон. И когда Заидэ попыталась ребром ладони ударить ее в шею, Чеда почувствовала намерение раньше движения и легко заблокировала удар, второй, третий – целую серию, так быстро, что рукав упруго хлестнул по воздуху. Но вот, она почувствовала, словно ее душу попытались выдернуть из тела. Чеду едва не затошнило, она закашлялась, на мгновение почувствовав себя беспомощной… и тут же попыталась провернуть то же самое с Заидэ, используя их связь. У нее получилось – Заидэ кашлянула, но не замедлилась, – удар попал в цель.
Чеда пыталась разорвать связь, но ей не удавалось, пока наконец, по своей воле или по воле Заидэ, они не рассоединились. Она снова осталась одна в своем теле.
Открыв глаза, Чеда заметила, что Заидэ смотрит на нее с уважением, даже благоговением, но это длилось не более мгновения – она моргнула и вновь превратилась в суровую наставницу. Однако Чеда поняла: что-то странное случилось. Непредвиденное.
– Что такое? – спросила она.
– Ты уже это делала?
– Нет, – солгала Чеда. Она не могла сказать ей правду о смерти Кулашана здесь, под стенами Обители Королей. Заидэ ее ответ, разумеется, не убедил, но она кив-нула.
