Кровь за кровь полностью

На этот раз в лагере не было много дыма. Он выползал из труб, вплетаясь в ночное небо призрачными пальцами. Запасы тел для машин смерти поредели. На заре десятилетия Третий рейх был официально объявлен местом, свободным от евреев, но огонь крематория жаждал вкусить не только народа Яэль. Цыгане, славяне и другие народы, которые Гитлер назвал недолюдьми, забивали вагоны поездов, хотя этот транспорт был теперь редким. В соответствии с документами Хенрики большинство нынешних заключённых лагерей были арийцами – гомосексуалисты, политзаключённые и их семьи, все, кого фюрер посчитал угрозой Новому порядку, – приговорённые к пожизненной каторге. Печи остались, но они чахли, некогда ревущее пламя сменилось тусклым заревом. Охранники занимали посты на вышках, высоко над головой, видя всё. Яэль ощущала взгляды и прицелы каждого из них на своей изменённой коже. Их метки.

Мириам не изменилась в лице, когда штурмманн СС у ворот приветственно им кивнул, не дрогнула, когда овчарки зарычали, натягивая поводки.

«ПРОСТО ИДИ ГОЛОВА ПОДНЯТА НЕ БОЙСЯ»

Железный голос, наконец, исправился, пытаясь увидеть лучшее в решении Яэль.

«ОНИ ТЕБЯ НЕ ВИДЯТ»

Никто не остановил двух надсмотрщиц, не задал им вопросов. Они с лёгкостью прошли через ворота и мимо собачьих клыков. Охранники на вышках отвели взгляды. За каждым углом Яэль ожидала увидеть доктора в его белом-пребелом халате. Руки с иглами, протянутые к ним.

Но за первым углом доктора Гайера не оказалось. Как и за вторым. Он не стоял на широкой, поросшей тополями аллее, ведущей к медицинскому блоку. Не сидел на каменных ступенях изолятора.

Коридор медицинского блока был меньше, чем в воспоминаниях Яэль. Всё вокруг пропахло белизной: этот запах выворачивал её желудок, когда Яэль проходила мимо комнаты, где стояло кресло для обследований. К счастью, дверь была закрыта.

Жалюзи на окнах камер наблюдения были опущены, а у Яэль не хватило смелости их поднять. Там внутри новые жертвы? Дети из последнего поезда, направленные специально в этот лагерь ради прихоти доктора Гайера? Даже если так, она никак не могла помочь этим детям, не сорвав всю миссию. Если Яэль увидит их лица…

У Мириам, казалось, были такие же мысли – прошлое сплеталось с настоящим, просачивалось в будущее, вспыхивая по контуру заимствованного лица надсмотрщицы. Рука её не поднялась открыть жалюзи. Мириам просто шла дальше по коридору.

Дверь в кабинет доктора Гайера тоже была закрыта. Мириам стояла на страже, Яэль в это время вытащила из волос Эльзы две шпильки и отперла с помощью них замок. Когда дверь распахнулась, её сердце забилось сильнее, но Ангел Смерти не сидел за столом. Не встречал её хищной улыбкой.

Яэль глубоко вздохнула. У них был план для любого возможного исхода: доктор здесь, доктора нет. Под пытками вытянуть нужную информацию из доктора Гайера или выведать любые возможные сведения из его рабочих документов.

Яэль была рада, что – пока что – всё развивалось по второму сценарию.

В кабинете никого не было, но он не был пуст. В углу стоял маленький телевизор. На столе рядом с чёрным дисковым телефоном стояла миска леденцов. Металлические шкафчики с картотекой выстроились вдоль стен, храня за замками кипы всевозможных данных. Все они были помечены рукописными ярлыками, эксперименты делились на группы по десять.

Яэль заперла дверь, задёрнула шторы и направилась прямиком к шкафчику с отметкой «ЭКСПЕРИМЕНТЫ 80–90», открыла шпильками центральный ящик. В нём нашёлся ряд тщательно маркированных конвертов из манильской бумаги. Система каталогов доктора Гайера была организована лучше, чем у Хенрики. Его бумаги были рассортированы по номеру эксперимента, разложены по дате.

Мириам пролистала их, бормоча: «Восемьдесят четыре, восемьдесят четыре, восемьдесят шесть…»

Там, где должны были храниться документы по «Эксперименту 85», шёл плавный переход от проекта «Страх 84» к «Дикость 86». Яэль открыла шпильками остальные ящики шкафа. Нигде не нашлось доказательств по «Эксперименту 85».

– Должно же что-то быть, – возмутилась она, в третий раз пересматривая бумаги. «Эксперимента 85» в ящиках не было.

– Это важные государственные документы. – Мириам задвинула центральный ящик. Он прошелестел обратно, со щелчком закрываясь. – Скорее всего, заметки доктора Гайера куда-то перенесли.

Или переименовали.

Ангел Смерти был очень занят все годы после их побега. Количество экспериментов перевалило за несколько сотен – количество пронумерованных шкафчиков было огромно. Яэль было испугалась, что они никогда не закончатся, когда номера на шкафах сменились буквами.

ДП.