– Что ты… – Яэль ещё натягивала блузку, а её подруга уже была у двери, выглядывала сквозь щели жалюзи в пустой коридор. – Мириам, ты даже кофту не застегнула!
Пальцы второй девушки привели форму надсмотрщицы в порядок. Спрятанные документы зашуршали.
– Осторожней! Будешь двигаться слишком быстро, и тебя услышат, – напомнила Яэль. – Что происходит?
– Все вопросы потом. – Товарищ командир Многоликая вернулась (не внешне, только внутренне), выплёвывая приказы. – Сейчас нужно выбираться из лагеря.
Яэль не успела ничего возразить, когда Мириам толкнула дверь кабинета и принялась мерять коридор чеканным шагом. Яэль бросилась следом; многочисленные страницы спрятанных документов шелестели у самых рёбер, когда девушки уходили из медицинского блока, оставляя за спиной опущенные жалюзи и безжизненный запах белизны.
Ночь вступила в свои права, опускаясь на ветви тополей и заборы с колючей проволокой. Стоны страданий из бараков, тянущиеся за Яэль из детства, поредели вместе с дымом, стали столь призрачными, что лагерь казался почти тихим. На этом фоне торопливые движения Мириам стали ещё заметней.
– Помедленней! – Яэль упорно пыталась поспеть за подругой. – Если будешь вести себя, как жертва, тебя заметят.
Это были слова Влада, сказанные во время одного из многих уроков. Слова, которые остались в памяти Яэль. Которые подтверждались и сейчас, с Мириам. Её шаги замедлились, хотя Яэль по-прежнему видела пульсацию эмоций (злости? Страха?) в венах на шее Ингрид Вагнер.
Она схватила подругу за рукав, вынуждая остановиться: «Мы почти выбрались, но тебе нельзя в таком виде проходить через ворота. Дыши».
Мириам сделала совершенно обратное. Лёгкие сжались. Застыли. Зрачки расширились, когда взгляд её устремился в дальний край дороги. Яэль обернулась, ощущая, как собственные лёгкие отказываются дышать, сжимаются от увиденного.
Ангел Смерти шёл в свете фонарей, белый халат вспыхивал и гас, пропадая в тени. Годы сделали его меньше, как и всё остальное в лагере. Логикой Яэль понимала, что это просто она стала выше, но её успокаивала мысль, будто на самом деле внутри доктора Гайера что-то сжалось.
«ПРОДОЛЖАЙ ДЫШАТЬ»
В бальном зале, когда Яэль стояла лицом к лицу с человеком, которого считала фюрером, она испытывала единственную эмоцию – ярость. Даже тогда, окружённая врагами, она не боялась.
Но боялась сейчас. Этот страх не был похож на тот, который пришлось испытать, когда в кузове грузовика Лука честно ответил на её вопрос. Этот страх был детским. Цеплялся острыми когтями, пробираясь из живота к самому горлу, требуя, чтобы его прочувствовали.
Крошащиеся кирпичи и гранит дороги хрустели под ногами доктора Гайера при каждом шаге. Взгляд опущен. Руки сложены за спиной. Он был всего в трёх шагах от них, когда заметил стоящих в тени тополей
«НЕ СМОТРИ В ГЛАЗА ОН УВИДИТ ОН УЗНАЕТ»
– Добрый вечер, фройляйн. – Доктор улыбнулся и приветственно кивнул. Между его передними зубами, как и прежде, виднелась щель, и Яэль обнаружила, что возвращается к старым привычкам, фокусирует взгляд на этом пространстве, чтобы не смотреть доктору в глаза.
Мириам даже этого выдавить не смогла. Она просто кивнула.
«ПРОДОЛЖАЙ ДЫШАТЬ»
Доктор Гайер прошёл мимо них, не обронив больше ни слова. Его халат последний раз вспыхнул в свете фонаря и медленно растворился во тьме, когда мужчина свернул в сторону медицинского блока.
Он идёт в кабинет, осознала Яэль. Они уходили в такой спешке… и ни за что не могли вернуть
На этот раз, когда Мириам едва ли не бегом сорвалась с места, Яэль устремилась за ней, не обращая внимания на шелест бумаг под шерстяной кофтой, как можно дальше убегая от того, что только что произошло. Оказавшись на виду у охранников ворот, они замедлили шаг. Свет был повсюду, превращал мельчайшие детали в зловещие силуэты. Дула винтовок, кончики собачьих клыков, шипы колючей проволоки на заборах – в потоках света всё казалось особенно острым. Жаждало пронзить Яэль.
«НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ»
Яэль сдерживала страх, сохраняя спокойствие в каждой чёрточке лица Эльзы Шварц. Она не посмотрела на Мириам, не проверила, как повела себя подруга. Вместо этого Яэль кивнула одному из охранников, легко улыбнулась ему.
Ворота распахнулись.
