Натянутый струной канат уходил во тьму. Я пошел туда. Канат провис. Я посветил: луч фонаря выхватил какую-то аморфную фигуру, медленно бредущую в противоположную сторону.
«Это божество. Оно выросло, оно… Нет, это Савар! Соберись, ну же! Какой все-таки странный наркоз, раньше такого не было… Хватит! Сосредоточься на Саваре!»
Савар сонно взмахивал руками, словно хотел всплыть. Я подгреб, развернул его и осветил фонарем. За стеклом маски бегали красные выпученные глаза. Губы, сжимавшие мундштук, ужасно распухли и посинели. Савар учащенно дышал. Я тряхнул его за плечи. Ему было намного хуже, чем мне. Он обмяк в моих руках, клюнул головой, но тут же вскинулся, извиваясь, точно червяк. Попытался отступить. Я снова его встряхнул. На меня он не смотрел – беспокойно вращал глазами, но вырываться перестал.
Я глянул на глубиномер Савара: сто шестьдесят футов.
Надо было возвращаться. Или искать сифон? Искать или вернуться… вернуться в детство, где мама держит меня за руку. Мы на огромном шумном базаре… Нет, я один. Рука исчезла, я потерял ее и теперь не найду дорогу домой… Рука… Канат…
Я заметался по наклонному дну.
«Канат с грузилом! Боже, мы его потеряли! Без него нам не выбраться! Где же он?»
Я ухватил Савара за кисть и потянул за собой.
Через несколько шагов мы наткнулись на гладкую отвесную стену. Кажется, Савар пришел в себя. Во всяком случае, не пытался убежать, а луч его фонаря двигался за моим лучом, словно мой друг боялся потеряться.
Во мне нарастала паника. Я был уверен, что нам ни за что не найти канат со спасительной чушкой. Божество грота предало нас, как я совсем недавно предал Савара, забыв о нем.
Я пошарил по стене рукой, нащупал выступ, посветил выше и нашел другой выступ. Смогу ли я вскарабкаться по ним, как это делают альпинисты?
Воздух казался густым. Мое прерывистое дыхание было единственным звуком в мертвой тишине грота. Я брел вдоль стены и шарил фонарем по дну. Савар волочился следом, то и дело натыкаясь на меня и хватая за плечи, голову, акваланг. Я боялся, что он оборвет дыхательные трубки. Но в то же время был рад тому, что он рядом.
«Куда мы идем?» Я почувствовал слабое течение и испугался. Течение могло отнести нас от грузила еще дальше – и тогда мы пропали. «Надо найти чушку! Надо найти чушку!» Чтобы не потерять эту мысль, приходилось напрягать остатки умственных сил.
И тут я увидел что-то. Бросился к нему, панически боясь обмануться. Я бы не выдержал, если бы…
