– Мы с королем большие друзья. Я думаю, он поймет, что меня заточили в темницу без всяких на то оснований. Его стражники спустятся за мной в любую минуту. – Он склонил голову набок, прислушиваясь к стуку сапог по ступеням, эхо которого долетало до его камеры. – Ага. Вот и они.
Мы с Ксаном поспешно вышли и нырнули в соседнюю камеру, пока нас не заметили.
– Что нам теперь делать? – прошептала я.
– Я узнаю, что можно предпринять, чтобы это остановить. Сходи за Натаниэлем, скажи ему, что я буду ждать его у дворцовой лестницы. И пусть он готовится давать показания.
Я кивнула и подошла к другой стене, ища в ней проем и держа нож наготове, чтобы с помощью заклинания стать невидимой, если выхода не окажется.
– Будь осторожен, – сказала я, бросая на Ксана последний подбадривающий взгляд, после чего решительно двинулась по коридору.
За моей спиной стражники собирались возле камеры Корвалиса. Я услышала, как при их появлении он рассмеялся:
– Джентльмены! – воскликнул он, радостно приветствуя их. – Нам пора!
Только когда Натаниэль открыл дверь, я осознала, как страстно надеялась, что на пороге будет стоять Кейт. Что она лучезарно улыбнется и позовет меня попробовать очередное новое блюдо, которое стоит на плите. Натаниэль мне этого не предложит. Его плечи были опущены, вокруг рта на изможденном лице собрались горестные складки. Он отошел в сторону, пропуская меня, и я увидела, во что превратился его дом: сброшенные с полок книги, битая посуда на полу, опрокинутая мебель. Снова начало трясти, и пол закачался под ногами. Стекла издавали тонкий звон.
Натаниэль сказал:
– Еще одна заклинание снято. Еще одни врата пали. Как, если Дедрик Корвалис в темнице?
– Он убил Сальму, – сказала я. – Корвалис вызвал целительницу, якобы для того, чтобы она осмотрела его. – Я сглотнула, вспомнив скрюченное тело, которое лежало в углу камеры. – Король хочет рассмотреть дело на судебном заседании как можно скорее, Натаниэль. Сегодня. Ксан сказал, ты должен дать показания…
В Натаниэле всегда было что-то устрашающее: жесткое и спокойное, как нависшая угроза. Но сейчас огненная краска заливала его лицо с такой яростью, что я подумала, не приняла ли я вулкан за гору.
– Я не буду этого делать, – невозмутимо произнес он.
Из другой комнаты донеслось хныканье, и Натаниэль бросился к своей дочери. Поколебавшись, я последовала за ним. Возле кровати стоял мешок.
– Ты куда-то собираешься?
– Да, – ответил Натаниэль. – Моя жена умерла. Город разваливается на части. У меня маленький ребенок, которого я не могу нормально накормить, запеленать, уложить спать… у моей сестры двое детей. Она справится лучше моего.
– А как же Ксан?
–
Я возразила:
– Кейт сейчас нет с нами из-за мужчины, который очень скоро предстанет перед судом!
– Держись подальше от Ксана, Эмили. Поверь мне. Ему нельзя быть с тобой. И если бы он хоть каплю тобой дорожил, то сказал бы тебе об этом сам. – Он завернул Эллу в одно из одеял, сшитых Кейт, и положил ее на кровать, а сам завязал мешок и взвалил его на спину.
– Я тебя не понимаю.
– Скоро поймешь. – Натаниэль поднял Эллу, которая в его смуглых руках была похожа на крошечную куклу.
– Если хочешь кого-то обвинять, обвиняй меня! – вскричала я. – Это я не могу сделать так, чтобы заклинания не были разрушены! Это я не остановила Кейт, когда она собралась к Дедрику. Это я не спасла ее после этой встречи.
Он уже переступал порог. Не оглядываясь, он произнес:
– Мне нужно успеть на корабль.
Улицы были завалены обломками досок и осколками камней. Обезумевшие и растерянные люди пробирались в утреннем свете сквозь этот хаос, пытаясь осознать нанесенный городу ущерб. Статуи Лесных Врат были разрушены и почернели, огромная мраморная глыба заблокировала выход.
И все это время королевская стража возводила у дворца платформу для Дня Истца. Хотя это не был День Истца, Дедрик Корвалис, судя по всему, был слишком важной персоной, чтобы томиться в темнице еще месяц. Как он и сказал, король собирался допросить его немедленно. Если бы новости о его аресте не разлетелись так быстро, неизвестно, стали бы его вообще судить.
Я нашла Ксана в толпе. Люди только начинали подтягиваться.
– Где Натаниэль? – спросил он.
Я покачала головой.
– Он не придет. Он решил отвезти Эллу к своей сестре. – Я прокашлялась. – Он винит тебя в том, что произошло с Кейт, но он ошибается.
Он мрачно ответил:
– Не ошибается.
– Еще он сказал мне, чтобы я держалась от тебя подальше. Тут он тоже не ошибается?
Ксан отвернулся, чтобы не смотреть мне в глаза.
– Тебе стоило бы его послушаться.
– Может быть, расскажешь, почему?
Он холодно ответил:
– Это не поможет.
Я вспомнила, как перед началом землетрясения мы с ним едва не поцеловались. Неужели с тех пор прошло лишь несколько часов? Я раздумывала, что ему ответить, когда он сказал:
– Смотри, двери открываются.
