Я ушла недалеко. Земля заревела и содрогнулась подо мной, заставив опуститься на колени. Еще один удар, как будто для того, чтобы напомнить мне о собственной ничтожности. Когда все прекратилось, Арен снова направилась ко мне. Я отшатнулась от ее растущей тени. Величественная королева, с которой я выросла, исчезла; ее место занял скрюченный призрак, дьявольское соединение жил, вен и костей. Она провела по черным лентам в своих волосах колючими кончиками пальцев, которые легко и быстро пробежались по моей щеке и затылку как паучьи лапки. Взяв мою голову в свои руки, она надавила большими пальцами мне на глаза.
Я закричала – сначала от холода и боли, а затем от невыносимых мук, когда она заставила меня снова посмотреть на эту картину.
Жар-птица.
Это был лишь мимолетный проблеск, простая вспышка в ряду еще более ужасающих картин, но ошибиться было нельзя: в день его смерти на Ксане был мой амулет.
Я почти не заметила, как Арен отняла свои колючие пальцы от моих глаз и исчезла. Жуткие образы продолжали свою кавалькаду и без нее. Я осела на землю в том месте, где она покинула меня, промерзшая до костей, несмотря на волны жара, долетающие до меня от моей избушки.
Она хотела, чтобы я это увидела, и теперь я не могла видеть ничего другого. Теперь, когда я пыталась представить себе глаза Ксана, в них больше не было зеленого огня. Они были пустыми и замершими. Думая о его губах, я теперь всегда видела их синими, безжизненными и холодными. Я больше не смогу прикасаться к нему, не думая о том, как выглядело его тело, когда я безутешно рыдала над ним. Я сожгла свою хижину, чтобы уничтожить свое прошлое, но после того как ее съел огонь, я увидела, что среди углей разрушилось мое будущее. Мое будущее с Ксаном.
Арен оставила мне очень четкое послание.
Оставь его, или он погибнет.
Я прождала на стене три часа, шагая туда-сюда и повторяя то, что собиралась ему сказать, но когда обернулась и, наконец, увидела приближающегося ко мне Ксана, ненадолго выхваченного из темноты полосой лунного света, самообладание покинуло меня.
– Здесь я впервые понял, что люблю тебя, – сказал он, подходя ближе. – Когда увидел, сколько ты всего проделала ради моего народа, ради
Да спасите меня звезды. Мне хотелось поцеловать его, прижаться к нему, растаять и слиться с ним и с этой стеной и превратиться в камень, чтобы мне больше никогда не пришлось его отпускать. Но стоило мне на мгновение допустить такие мысли, как на меня снова обрушились жуткие видения смерти.
Поэтому, вместо того чтобы прикоснуться к нему и ответить на его признание своим, я затолкнула все эмоции внутрь себя и намотала их на катушку. Я крутила и сжимала их, но все равно понимала, что один неверный вздох – и я расколюсь, и эмоции порвут меня изнутри.
– Эмили? – спросил Ксан.
– Меня зовут не Эмили, – бесстрастно произнесла я, не глядя ему в глаза. – А Аврелия.
– Что? – Он отступил назад, ошеломленный, как будто я его ударила.
– Эмили звали одну мою знакомую девушку в Ренольте. А та Аврелия, которую ты знаешь, – она на самом деле Лизетта. Мы дружили с самого детства. Я читала ей твои письма, и мы над ними смеялись. Превратили это в игру. Какие бы письма ты ни получал в ответ, их все придумала она. Она считала, что это очень забавно. Мы обе так считали.
– Я не понимаю. – Ксан тяжело привалился к зубчатой стене.
– Мне никогда не хотелось переезжать в Аклев, – сказала я, выдавая ложь за достоверную версию. – Меня возмущало то, что меня выдают замуж без моего согласия, за мужчину, известного огромным количеством физических недугов. Поэтому я разработала план, чтобы мне не пришлось этого делать. – Я услышала, что дыхание Ксана стало затрудненным, и едва не утратила над собой контроль. Чтобы не дать слабину, я продолжила: – Я предложила Лизетте плату за то, чтобы она заняла мое место. Я все устроила. Поначалу она не очень хотела, но я предложила такую приличную сумму, что она не смогла отказаться. Да и перспектива стать королевой ее привлекала.
– Зачем ты мне это говоришь? – спросил Ксан. – Почему сейчас?
– Не все идет так, как я планировала, – продолжала я. – Я не рассчитывала на то, что Трибунал захватит власть. Это все немного усложнило. Также я не рассчитывала, что мне придется взять с собой младшего брата. Он думает, что я – аклевская шпионка и что он помогает Лизетте раскрыть мою измену, бедняжка.
– Здесь есть хоть немного правды?
