– Когда-то мы были подругами, ты и я. Ты могла бы отправить меня на виселицу много лет назад, но ты этого не сделала. Думаю, в глубине души ты понимала, что я такого наказания не заслуживаю. Что я – хороший человек, несмотря на то, что с самого рождения в моих венах течет магия.
Она раскрыла рот и снова его закрыла. Я попала в яблочко.
– Думай, Лизетта, думай. Если наша дружба для тебя что-то значила, когда мы были маленькими, я умоляю тебя послушать меня сегодня. Неужели твой отец не сделал ничего за последние месяцы… годы!.. что бы привело тебя в замешательство? Что бы заставило остановиться и задать себе вопрос, хотя бы на мгновение? – Я ее отпустила. – Такое ведь случалось, не так ли?
– Нет, – поспешно выпалила она. – Все дело во мне. У меня очень бурное воображение, и отец говорит…
– Твой отец – лжец и предатель. Не стоит верить всему, что он тебе говорил. Ты думала, что все это – лишь большой спектакль? Что ты приедешь сюда, будешь расхаживать тут под моим именем, и все это ради чего? Чтобы подловить меня на какой-то измене? Доказать мое вероломство? Нет, он привез тебя сюда для того, чтобы ты вышла замуж за принца, Лизетта. Чтобы вы оба оказались в браке, чтобы затем
– Нет, нет, он бы никогда так не поступил! Зачем ему желать мне такой участи? Я его дочь! Почему бы вместо этого не позволить тебе выйти замуж за принца и затем убить тебя?
Я отступила на шаг назад.
– Потому что я видела его насквозь. – Он достаточно сказал в Черной Чаще, когда я пыталась договориться насчет Конрада.
– А я – дура, так, что ли?
– Нет, – сказала я. – Ты уже и сама сказала… просто ты его дочь. Он рассчитывал на то, что твоя любовь к нему перекроет все твои сомнения. Как видишь, это сработало.
Она фыркнула и повернулась ко мне спиной.
– Знаешь, он не всегда был таким. Когда я была маленькой, он был нежным и любящим…
– Но смерть твоей мамы изменила его. Понимаю. – Мне не нравилось говорить о Камилле. Я не хотела напоминать Лизетте о том, кто был повинен в той смерти в первую очередь.
– Что? Нет. Они постоянно ссорились до того, как она умерла. Она всегда говорила, что его изменило то, что он увидел в Ассамблее. Он был там, когда она пала. Он был тем человеком, кто передал вести обратно в Ренольт.
– А для чего он там был, Лизетта? – настойчиво спросила я. – Что он увидел? Что он обнаружил?
– Я не
Я осторожно положила ладонь на ее плечо.
– Я знаю, что ты любишь Конрада. Во многих смыслах ты для него лучшая сестра, чем я когда-либо была. Чем я могла бы быть. Я благодарна тебе от всего сердца. Но оглянись вокруг. Король Аклевы мертв! Вода покраснела от водорослей, и ее опасно пить. Все, что оставалось в городе зеленого, сгнило. Вот-вот произойдет что-то ужасное, и мне нужно увезти Конрада отсюда как можно скорее!
– Все это, – она указала рукой на мертвый сад и на багряный залив, – все это из-за стены? И для того, чтобы стена пала…
– Три представителя аклевской королевской семьи умрут.
– Король Донал, я и…
– Валентин, – сказала я, с трудом сглотнув. – Принц.
Она сделала шаг назад. Его имя выбило почву у нее из-под ног.
– Ты можешь осуждать меня за то, что я во все это ввязалась, за то, что заняла твое место, но… – она беспомощно пожала плечами, – я люблю его, Аврелия. Я любила его с тех пор, как была маленькой девочкой и читала его письма. Я ему писала. Одному из дворцовых посыльных я платила за то, чтобы он доставлял его письма мне, а не тебе. После смерти мамы его письма стали единственным, что удерживало меня на плаву. – Она шмыгнула носом и смахнула слезы. – Знаю, это глупо. Я знала, что это не может продолжаться вечно. Но с тех пор как мы сюда прибыли, он со мной почти не разговаривал. И… и…
К своему удивлению, я ее обняла. Возможно, это Кейт на меня так повлияла. Возможно, наша многолетняя дружба все же давала о себе знать. Возможно, я сделала это потому, что знала, каково это – любить Ксана и быть вынужденной отпустить его. Она мягко, почти робко обняла меня в ответ.
