– Остальное берите, пожалуйста, но я оплатил поиск потому, что моего начальника интересует эта книга. Теперь она принадлежит нашей библиотеке и наши ученые будут ее расшифровывать. Я не могу оставить ее вам. Это же, – он рисует рукой широкий круг, – просто магазин.
Мо вспыхивает, но, прежде чем он успевает возразить, к удивлению Пенумбры, вмешивается Корвина:
– Мо. Аякс прав. Он заплатил. Если бы у нас были такие деньги… но у нас их не было. – Он убирает руку, и Пенумбра хватает «Tycheon».
Мо сверкает глазами:
– Вы оглядитесь, мистер Пенумбра. Это не
Развернувшись, Мо уходит, скрывается за высокими стеллажами. Пенумбра слышит, как дверь – та, что с буквами «МО», – открывается и закрывается.
Он снова садится в электричку и едет через полуостров; сойдя в Пало-Альто, добирается до прячущегося в тени секвойи домика Клода. Там на зеленом ковре, где раньше лежала коробка из-под пиццы, теперь стопочкой стоят три. Пенумбра начинает постигать ритм жизни своего бывшего соседа.
– Я приехал попрощаться, – говорит он, усаживаясь по-турецки.
Серая кошка тычется носом ему в коленку.
Клод хмурится:
– Уже? Что ж. Но я рад, что ты заехал, старина. А что там с кораблем?
Пенумбра достает «Tycheon» из толстого желтого конверта:
– Наши поиски «Уильяма Грея» были успешны.
– Нашли! Охренеть!
Пенумбра позволяет себе улыбнуться:
– Да, не без твоих подсказок. И в нем отыскали эту книгу. Но мне предстоит решить, что с ней делать.
– Ты не хочешь везти ее в Гальваник?
– Возможно… Ох. – Пенумбра громко и протяжно вздыхает. – Я не знаю, Клод.
– Она ценная? О чем она вообще? О демонах?
– Она однозначно ценная, а вот ее содержание… Скажем так: если она и о демонах, то они надежно сокрыты. Сам посмотри. – Он открывает книгу и демонстрирует Клоду страницы бессвязного текста. – Все зашифровано. Ничего не разберешь.
Взгляд Клода скачет по обрывочным фразам.
– Шифр?
Пенумбра кивает:
– Однозначно. Я уже видел такое в Гальванике. И у нас там был курс…
– А ты не думаешь, что это случайный набор фраз?
– Клод, я сомневаюсь, что тут просто какой-то бред. Эту книгу так не берегли бы, если бы в ней не было смысла. И ценности.
– Ой! Ты считаешь, нужно иметь
– Нет.
Клод подскакивает и уходит к одной из дальних книжных куч. Роется в ней, бросая толстые книги через весь ковер. Пенумбра видит «Инструкцию по эксплуатации SDS-940». Видит тоненькую брошюрку «RFC 1: Базовое программное обеспечение».
– Вот она.
Клод откапывает толстенную книгу в темной обложке и бросает ее на ковер между ними. Заголовок набран ненавязчивым шрифтом с засечками:
Миллион случайных цифр и 100 000 нормальных отклонений
– Когда-то это была самая ценная книга в этой комнате, – говорит Клод. – RAND – это типа фабрика мысли – они опубликовали ее… так… – Он с трудом открывает книгу, находит страницу с выходными данными. – В сорок шестом году. Новые компьютеры сами могут генерировать случайные числа… точнее, формально псевдослучайные… но когда мне в Гальванике требовалось случайное число, я переписывал его отсюда.
Он распахивает книгу на первой попавшейся странице, а там одни лишь цифры, как кирпичики в стене. Открывает другую: там на вид то же самое, но, по всей видимости, числа совершенно другие.
Пенумбра проводит пальцем по странице:
– Но зачем они? Куда столько случайности?
– Метод Монте-Карло, – объясняет Клод, – один из столпов современной науки. Космическое казино, дружище. Как бы объяснить… Вот например. Иногда приходится иметь дело с системой, которую ввиду сложности нельзя смоделировать полностью. Нет, этот товарищ, – он похлопывает свой доморощенный компьютер по боковушке, – мощный, но не
– И для чего используется этот метод?
– Для всего! – восклицает Клод. – В климатических моделях… экономических прогнозах… ядерной физике. – Он смолкает, и его лицо ожесточается. – Старина. Ядерную бомбу делали с использованием этой книжки.
Пенумбра переваривает.
– И ты считаешь, что у «Tycheon» такое же предназначение.
– Я не знаю. Если рассматривать мозг человека как систему, то целиком ее смоделировать никогда не удастся. Может, в твоей книге заданы случайные точки. В ядерном реакторе это были бы координаты
Пенумбра в недоумении:
– Какой?..