«К началу 1989 г. содержать ледокол «Красин» стало слишком обременительно. Нужно было или найти организацию, которая взяла бы на свой баланс «Красин», или смириться с его фактической потерей для истории. Обсуждая эту проблему с Мингео, академик А.Л. Яншин предложил сохранить судно. Однако на передачу судна в АН СССР академики не согласились. А.Л. Яншин попросил А.И. Мелуа (возглавлявшего общественную организацию Международный фонд истории науки) принять судно на баланс МФИНа, с обещанной в последующем передачей для МФИНа средств и возможностей для содержания «Красина». «Севморгео» 10 августа 1989 года подписало акт передачи. МФИН начал за счет своих средств (источники средств – поступления от ленинградских коллективных участников Фонда и личной книгоиздательской деятельности) обеспечивать судно и его экипаж. По нормам КТМ экипаж (более 50 человек) получал трёхразовое питание, ежемесячную зарплату, регламентные работы, оплату снабжения топливом круглосуточно (даже на стоянке) паровой машины и тому подобное. Одно-временно разработана и начала реализовываться музейно-экспозиционная программа. «Красин» получил в Ленинграде собственный расчётный счёт, распорядителем средств по которому являлся капитан судна А.И. Барыкин. Средства на этот счёт поступали из МФИНа и коллективных членов МФИНа. «Красин» был переведён из Мурманска в Ленинград. С трудом, но удалось добиться безалкогольного несения службы экипажем. МФИНу приходилось принимать экстренные меры для предотвращения попыток экипажа вывести судно в открытое море. Состоялось три выхода «Красина»: два с посещением Роттердама, Лондона, Осло и один в пределах советской части Балтики для изучения состояния водного бассейна. При посещении Роттердама капитан судна А.И. Барыкин на основе своих полномочий согласно КТМ разрешил части экипажа перевезти из Роттердама в Ленинград купленные ими для личных нужд автомашины. Однако в связи с изменением социально-политической обстановки в стране после 10 августа 1989 года для МФИНа не оказывалась абсолютно никакая помощь от Севморгео, АН СССР, городских служб. Положение усугублялось неправомерными действиями части экипажа, который продолжал обеспечиваться МФИНом («музейность» судна оставляла экипажу в 50 человек много свободного времени). МФИН вынужден был часто обращаться за помощью в наведении порядка в отдел милиции Ленинградского морского порта, в КГБ, в пограничную службу. На обращения МФИНа откликнулось только СП «Техимэкс», которое предложило продолжить программу по музеефикации «Красина». По договору купли-продажи ему был передан «Красин», а денежные средства были перечислены в объёме, соответствующем задолженности «Красина» перед налоговым ведомством. Одновременно МФИНом и «Техимэксом» в Правительство страны были переданы документы о продолжении работ по «Красину», поддержанные Минморфлотом СССР и другими компетентными учреждениями. Из опубликованных документов правительственных учреждений ясно, что готовившаяся, якобы, продажа «Красина» на металлолом в США была домыслом. Вплоть до обретения «Красином» статуса памятника истории (конец 1991-начало 1992 г.) никто из так называемых «спасителей» судна не вложил в его содержание ни гроша; обеспечение осуществлялось из средств МФИНа, а в последующем – из средств «Техимэкса».
Опубликованные в 2015 году документы правительственных учреждений убедительно показали правильность предпринятых МФИНом мер по сохранению судна. Сейчас место стоянки ледокола – набережная Лейтенанта Шмидта, у Горного института. В настоящее время ледокол является филиалом калининградского Музея Мирового океана.
Осенью 2014 года ледокол отремонтирован на Кронштадтском морском заводе. 20 сентября 2014 года его отбуксировали в сухой док им. Велещинского. Основные работы: очистка и многоступенчатая покраска корпуса и надстройки корабля, очистка балластных танков от ржавчины, ремонт клапанов, донно-забортной арматуры, винто-рулевой группы, испытание механизмов ледокола. Особое внимание было уделено внешней обшивке корабля: часть клёпаных соединений и заклепочных швов значительно износились. 28 ноября 2014 года «Красин» был отбуксирован обратно к набережной Лейтенанта Шмидта, а 6 декабря музей продолжил работу в обычном режиме».
Новая жизнь «Волынца» (“Suur Tõll”)
Снова вернемся к судьбе ледокола «Волынец», история которого насчитывает уже 107 лет. Ледокол был построен в 1914 году по заказу правительства Российской империи на верфи «Вулкан-Верке АГ» (Vulcan-Werke AG) в Германии, получил имя «Царь Михаил Фёдорович» в честь первого царя династии Романовых и приписан к порту Ревель/
Разработка технических условий ледокола для Балтийского моря началась во второй половине 1910 года. В качества прототипа будущего ледокола был выбран финский тип «Тармо». Предполагалось строить ледокол «американского типа» с тремя машинами и винтами, в том числе одним носовым винтом и машиной. Причем все паровые машины должны быть одинаковыми, длительной мощностью по 1500 л.с. каждая.