– Слушай, – обратился он к Тайреку, – ты же работал в Министерстве труда, скажи, это правда, что вот уже несколько лет монкулам перестали возвращать личности?
– Откуда у тебя такие сведения? – прищурился Тайрек.
– Какая разница? – отмахнулся Ансель. – Мне неважно, почему это произошло. Просто скажи мне, так это или нет. Потому что если так, то, значит, Мия рей Воль – точно не моя Мия.
– Да, – подтвердил Тайрек после долгой паузы. – Вот уже несколько лет личности монкулам не возвращают.
Ансель выдохнул, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Несмотря на разочарование, он одновременно испытывал облегчение от того, что наконец-то наступила какая-то ясность во всей этой запутанной ситуации. Может, хоть теперь он наконец-то перестанет беспрестанно оглядываться в прошлое…
Но следующая фраза Тайрека снова перевернула мир с ног на голову.
– Но вот только Мия рей Воль и Мия эр Валла все-таки один и тот же человек.
Ника уже бывала в Патагоне, она приезжала сюда пару раз во время коротких увольнительных, бродила по улочкам центра, заглядывала в магазины, сидела в кафе и даже звонила пару раз с телефонной станции в школу, где работал отец, и недолго с ним разговаривала. А потом заходила на банк и делала денежный перевод на его имя; все равно ей не на что было тратить жалованье, которое им платили за службу на мысе Горн.
Но сейчас Ника городок буквально не узнавала. Патагон к Проводам Года прихорошился, словно завзятый модник: огней на улицах стало намного больше, свежевыпавший снег ярко сверкал в свете газовых фонарей, всюду были развешаны гирлянды и флажки. Городок выглядел нарядным и даже немного игрушечным, словно сошел со страниц красочных книг детских сказок.
Ассамблея проходила в центральном холле городской ратуши. Зал украсили гроздьями рябины и мохнатыми еловыми ветками, в одном углу играл оркестр, в другом возвышалась барная стойка с напитками, в огромном камине гудел огонь, под потолком горели газовые шандальеры. Зал пестрел яркими нарядами местных жителей и синими формами авионер.
Ника поехала на Ассамблею вместе с Анселем, Ванессой и Тристаном с Мией. В самый последний момент в кузов их мобиля втиснулись Рик с Рейком, и Ванесса при виде их недовольно наморщила нос. Впрочем, их с братьями эр Тальга нелюбовь была взаимной.
Ника же, наоборот, обрадовалась появлению Рика с Рейком, они разрядили напряженную атмосферу, царившую в салоне. Тристан был молчалив и мрачен, и Мия, видя это, тоже нервничала. А Ансель, который сегодня выглядел особенно хорошо, несмотря на откровенное несоответствие его костюма строгим светским правилам, казался далеким и отстраненным. Самой Нике оставалось только делать вид, что ничего особенного не происходит, и, как ни странно, это отнимало уйму моральных сил.
– А где Берта? – спросила девушка братьев; она не видела свою соседку уже несколько дней.
– Мама на задании, – ответил Рейк.
– Мама не танцует, – почти одновременно с ним сказал Рик и ткнул брата локтем. – Ты чего? Это же военная тайна!
– Так я ничего и не сказал, я только сказал, что она на задании.
– Это и есть тайна, дубина!
– Это ты дубина! Тайна – это то, что она полетела с секретной миссией на встречу с амбассадорами Винландии. Вот если бы я рассказал про это, тогда бы и раскрыл военную тайну.
– Да ты же только что ее раскрыл! – застонал Рик, в отчаянии хлопая себя ладонью по голове.
– Когда? – удивился его брат.
Ника спрятала невольную улыбку. Здоровенные братья эр Тальга, вопреки своей угрожающей внешности, на самом деле были милыми ребятами. Недалекими, но милыми.
– Значит, Берта не танцует, – вмешалась она в накаляющийся спор Рика с Рейком, опасаясь, как бы они не начали махать кулаками. – А вы?
Братья удивленно уставились на Нику.
– Мы танцуем, – выдал Рик неожиданный ответ.
– И хорошо танцуем, – добавил Рейк.
Ника была поражена. Нет, конечно, все благовоспитанные джентльмены Арамантиды должны уметь танцевать, это ведь один из самых важных навыков: без него тебе нечего делать на Ассамблеях, а именно там джентльмены чаще всего и знакомились со своими будущими женами. И все же Ника никак не ожидала, что Рик с Рейком тоже умеют танцевать; ей почему-то казалось, что этикету в их образовании уделяли очень мало внимания. Они ведь даже не целуют руку даме при приветствии!
– Ни за что бы не подумала! – вырвалось у нее.
– Почему? – почти обиделся Рик. – Мы же служим в эскадрилье Танго.
– А при чем тут танцы и наша эскадрилья? – не поняла Ника.
– Но в нашей эскадрилье все должны уметь танцевать! – пояснил Рейк.
– Я думала, в Танго должны уметь делать невозможное, – со смешком напомнила Ника девиз эскадрильи.
Братья ее шутку не поддержали.
– Если ты не умеешь танцевать, в Танго тебя не возьмут, – со знанием дела сообщил Рик.
– Разве тебя не просили станцевать, когда ты только прилетела? – спросил Рейк.
Братья говорили так уверенно, что на миг Ника даже растерялась.
– Нет… А должны были?
Братья довольно переглянулись.
– Что, поверила? – первым рассмеялся Рик. – А мы пошутили!
– Хорошая у нас шутка, да? – подхватил Рейк.
