– Эдди, – снова скомандовал Марко, внешне оставаясь абсолютно невозмутимым, а внутренне?.. Он и сам не знал, что испытывает. Казалось, что сейчас он вообще потерял способность чувствовать, даже запахи будто бы пропали, стерлись из реальности, осталось только глухое осознание произошедшего.
Эдди, тем временем, как пушинку подхватил истерзанное тело и аккуратно погрузил его в наполненную до краев ванну, перехватывая правой рукой седые волосы, чтобы тот не утонул раньше времени. Тихо было всего пару секунд, затем Пол ахнул и начал дергаться: соленая вода жгла огнем освежеванные конечности.
– Давай, – тихо произнес Марко. Пора заканчивать. Эдди отпустил Пола, позволяя тому уйти под воду, но сейчас, испытывав новый приток боли, он сам схватился за борт ванной, из последних сил цепляясь за жизнь. Возможно, если бы он знал, какими мучениями для него обернутся последние мгновения, то предпочел утонуть.
Эдди Ликозе взял металлическую канистру и осторожно начал вливать ее содержимое воду. Пол замер, округлив глаза и хватая ртом воздух, словно в легких было совсем пусто, потом завопил высоким голосом перепуганного насмерть ребенка. Кислота разъедала тело, моментально окрасив воду в грязно-красный. Марко не отвел взгляда, сдержанно наблюдая результаты приказа. Хотелось отвернуться, но он не смел. Пол Тэста заслужил его месть, и Марко обязан был встретить с ним его конец, досмотреть до конца жуткое представление. Через четыре минуты от андербосса Семьи Гамбино осталась одна голова с искаженным гримасой боли лицом, а утром она была найдена в центральном парке с затолканным в глотку собачьим ошейником.
–//-
После разговора с Трейси Брендон много думал и постоянно находился в состоянии боевого напряжения. Он готов был сделать всё, чтобы вытащить ее из ловушки, которая вот-вот захлопнется. Анализировал каждое слово, отмечая ее шансы не сесть за решетку вместе со всей Организацией. Брендон – адвокат, и сможет защитить Трейси от тюрьмы, в этом он не сомневался, много раз проделывал нечто подобное, деликатно обходя закон. Брендон умело использовал отличное знание уголовного кодекса на благо клиентов. Он никого не обманывал. Но сейчас его волновало другое: безопасность Трейси и ее карьера.
Как бы он хотел просто взять и увезти ее. Наплевать на всё: закон, спецслужбы, мафию. Спрятать и переждать, когда всё решится и она будет в безопасности. Вот только таким способом ничего не решилось бы: Марко Мариотти не просто спугнуло бы исчезновение любовницы, оно всполошило бы в нем мужчину, у которого пропала любимая женщина. А в том, что они любят друг друга, Брендон не сомневался. Возможно, это не та любовь, которую описывают в романтических историях, но определенно она была между ними. И в том, что эта любовь случилась, Брендон винил себя. Если бы они поговорили, если бы он не уехал, если бы позвонил. Если бы… Почему между ними всегда столько если бы?
Он рывком вынул белую розу из нагрудного кармана смокинга, усаживаясь на стул в кабинете капитана полиции. Мариотти не отвертеться – это он знал наверняка, его посадят. Нужно просто немного подождать, а сейчас Брендон собирался разобраться со второй беспокоившей его проблемой: карьера Трейси. Она адвокат по своей сути. Она жила, дышала работой, но после дела Мариотти может лишиться ее. У нее могли отобрать лицензию на практику в Нью-Йорке, или даже аннулировать патент адвоката.
Брендону было просто необходимо найти лазейку, чтобы уладить этот вопрос. Чтобы у Трейси осталось хоть что-то от привычной жизни. Начать решено было с убийства Меган Палмер, обстоятельства которого лично у него вызывали уйму вопросов. Именно поэтому Брендон, воспользовавшись знаменательным событием – свадьбой Наташи и сенатора из Вашингтона Нила Говарда, – попросил капитана полиции Артура Фленагана дать ему допуск к архивам. Брендон получил его и сразу же после церемонии венчания, поздравив молодых супругов, поехал в участок.
Он листал папки, читал показания свидетелей, сопоставлял факты и на подсознательном уровне чувствовал: дело шито белыми нитками, вот только подкопаться на законном уровне не было возможности. Дело закрыто за неимением улик, и оформлено все было четко.
Рассматривая черно-белые снимки покойной миссис Палмер, Брендон то и дело воскрешал в памяти рассказ Трейси, который удивительным образом, благодаря цепочке невероятных совпадений, связал их всех одной тонкой невесомой нитью. Нитью, которая может многих людей крепко подвесить за шею, и сжимать, пока последний вздох не слетит с губ.
Трейси категорично заявила, что Марко не причем. Его люди Меган не убивали. Она ему верила, а вот Брендон нет. Он поднялся – разбор архива ничего не дал, кроме маленькой зацепки, и тянуть за нее нужно не в кабинете капитана полиции.
