– Он сказал, – повторила Трейси, – чтобы я не забывала, что всего лишь твоя шлюха. – Губы Марко скривила злая усмешка, словно он услышал шутку, значение которой ускользало от самой Трейси. – Мне страшно, – шепнула она. – Может, нам пока лучше не встреч… – Она не договорила, потому что говорить было некому: Марко был уже не с ней – его взгляд стал пустым и холодным. Пугающим до боли в сердце. Трейси знала, что он убивал людей: из-за денег, власти, мести. Из-за нее. Он убивал за нее, и сейчас четко осознала, что готов убить за нее снова.
Его взгляд прояснился, и Марко взглянул на заплаканную, дрожащую женщину. Его женщину. Его Трейси.
– Я люблю тебя, – он ласково обхватил ее лицо ладонями и нежно поцеловал, – ничего не бойся.
Еще несколько дней назад это признание осчастливило бы Трейси, а сейчас ей стало страшно.
–//-
В старом заброшенном ангаре, который когда-то был частью промышленного склада и который после банкротства завода выкупила частная компания, были слышны задушенные, приглушенные крики. Проезжая мимо по шоссе, кроме железной сетки забора, натянутого по всему периметру, побуревшей на ярком солнце высокой травы и хаотично разбросанных блоков ветхих зданий большего увидеть было нельзя. Только те, кто находились уже не первый час внутри, видели ужасную картину и слышали тихие стоны, пришедшие на смену истошным крикам боли. Но единственное, что чувствовали при этом – полное безразличие.
Марко молча наблюдал как андербосс, правая рука Луки Гамбино – самого влиятельного мафиози и его тестя – из человека методично и неспешно превращается в кусок мяса. Ни один мускул на его лице не дрогнул, никакие чувства не могли пробудить в нем человека и всколыхнуть застывшего пустого взгляда, который он не отвел, когда Эдди со знанием дела начал снимать кожу сначала с рук, теперь с ног.
Его не пугали угрозы, не разжалобили мольбы, который последовали за вспышками нестерпимой боли, Марко помнил только заплаканное, испуганное лицо Трейси. И каждый раз, когда он думал о том, что ей пришлось пережить, им овладевала не знающая пощады звериная ярость.
Он сидел на низкой деревянной бочке, оставшейся здесь еще со времен полноценной работы завода и всё еще хранившей аромат вяленого мяса, который постепенно смешивался с тяжелыми запахами: их обязательно приносит с собой смерть, какой бы она ни была. Марко спокойно наблюдал как Эдди, прервавшись, похлопал по щекам потерявшего сознание Пола Тэсту, затем вколол ему адреналин, возвращая сознание. Марко хотел, чтобы Тэста всё видел и чувствовал, чтобы навсегда запомнил последние никчёмные мгновения своей лихой жизни.
Это было просто. Пол Тэста не опасался за свою жизнь и никаких мер предосторожности, когда ездил к юной любовнице, не предпринимал. У полиции на него ничего нет, а Семьи сейчас не вели войн – чего бояться? Он думал, что одного солдата будет вполне достаточно, чтобы сберечь его старое тело, до сих пор желавшее плотских удовольствий. Марко знал о наклонностях андербосса Гамбино: у него вставал только на малолеток – чем моложе, тем лучше. Именно возле дома на Мейбел-стрит, в котором Тэста встречался с молоденькой любовницей – совсем еще девочкой – его взяли. Водитель Джо так и остался сидеть в машине с простреленной головой.
Пол закричал, приходя в себя, а Эдди, с закатанными рукавами дорогой черной рубашки и белым фартуком, заляпанным кровавыми брызгами, снова взялся за нож и с точностью искусного ювелира сделал надрез на обрюзгшем бледном бедре. Выступила кровь, алая, густая. Красное на белом – как полотно импрессиониста, произведение искусства, только запах портил впечатление. Старик не сдержался и обделался, наполнив амбар отвратительной вонью испражнений. Марко едва заметно поморщился, Эдди, казалось, даже не заметил, любовно водя ножом по коже и наслаждаясь рваными криками.
– Хватит, – коротко приказал Марко и встал, подходя совсем близко. Пол Тэста был стар и вряд ли выдержит полный набор из арсенала Эдди.
Марко отдавал себе отчет в том, что представление, устроенное для Трейси, предназначалось ему. Лука Гамбино решил проверить не размяк ли он, на что способен, точнее, способен ли на необдуманные шаги. Как выяснилось, способен. Убийство Джо Фералле никого бы не шокировало и не вызвало бы неудовольствия: око за око, зуб за зуб. Трейси хоть и не тронули в физическом плане, но морально потрепали, а такого не один мужчина чести не потерпит. Но этого Марко было мало, он хотел смерти Тэсты, все его существо взывало к мести, и она свершилась. Почти.
– Эдди, поднимай его, – тихо скомандовал Марко, не моргая и не отворачиваясь, видя искалеченное тело человека, с которым не раз сидел за одним столом. Он встретился с истерзанным, потерявшим цепкость и холодную уверенность в собственной силе, взглядом Пола, глаза которого на секунду прояснились, впиваясь в лицо своего мучителя, того, кто спустил с поводка бешеного пса.
– Ты совершил ошибку, – севшим от криков, но ровным голосом проговорил Пол. – И ты заплатишь за нее. Ты убиваешь из-за бабы и умрешь из-за нее. Запомни.
