Крылья бабочки полностью

– Как ты? – спросил Роб.

Трейси задумалась: а как она? Напугана, растеряна, а еще предчувствует, что, скорее всего, «жить до старости» это не про нее.

– Нормально.

Он помолчал в трубку, Трейси про себя грустно хмыкнула – наверное, разговор окончен. Сегодня расспрашивать его о работе не хотелось: ей и так холодно, зачем еще и биться о ледяную стену.

– Я хотел сказать тебе, – мялся Роб, – спасибо.

Трейси удивилась и даже как-то подобралась, убирая ноги с розового мягкого подлокотника

– За что? – осторожно поинтересовалась она.

– За то, что пинала меня, – пошутил он. – За то, что нашла для меня работу. Мне нравится, – тихо сказал Роб, не без гордости добавляя: – У меня все получается. Мистер Хейворт лично меня хвалил

Трейси улыбнулась, светло и искренне: хоть у кого-то из ее близких жизнь начала налаживаться. То, что Роб не облажался, она знала. Сама звонила и спрашивала у Ника об успехах и неудачах брата. Но слышать это от него самого намного приятней. И то, что он оценил ее заботу, тоже приятно.

– Я очень рада, правда, – мягко ответила она. – Как тебе Париж? Нашел друзей?

Они завязали легкую непринужденную беседу, отбрасывая прошлые обиды и недопонимание. Роб делился впечатлениями и новостями, Трейси внимательно слушала, пока не зацепилась взглядом за ужасающую картинку в телевизоре.

– Ро-об, – неожиданно протянула она, – перезвоню тебе, ладно. Тут срочные новости, – делая громче звук, закончила Трейси.

Она, не отрываясь, смотрела короткое видео, снятое явно на мобильный телефон, но это даже добавляло ему реалистичности. Утренний парк, шелест зелени деревьев, деревянная скамейка и отрезанная голова. Трейси закрыла рот рукой – картина была отвратительной.

Изумленный испуганный шепот очевидцев, потом все закончилось, и хорошо поставленный голос ведущей начал рисовать догадки одну страшнее другой, описывая подробности, которые зрителю по ту сторону экрана, просто не разглядеть, а потом Трейси показалось, что земля уходит у нее из-под ног. Пол Тэста. Так в новостях назвали жертву, связывая ее с организованной преступностью и гадая, за что последовала такая ужасающе жестокая вендетта.

Трейси больше не слушала, отключилась от внешнего мира. Она пыталась переварить увиденное: неужели это сделали по приказу Марко? Неужели он так отомстил за нее? Что же теперь будет? Она больно прикусила губу, с ужасом представляя, что он может сделать, если узнает о Томе, о ФБР, о Брендоне.

Брендон… Эта мысль отрезвила. За него она боялась даже больше, чем за саму себя. Он ведь совершенно не при чем здесь. Это ведь она, Трейси, связалась с опасным мужчиной, способным на немыслимые поступки. А самое главное, она не знала, что делать, снова ощущая себя в клетке с бойцовскими псами. Сейчас ситуация казалась еще более безвыходной, чем четверть часа назад

Не только Трейси Полански в этот час заинтересовалась местными новостями. Лука Гамбино с ледяным спокойствием слушал как имя его друга, с котором они были знакомы практически всю жизнь, треплют по всем каналам. С напускным равнодушием смотрел на останки человека, повязанного с ним многими тайнами. Пол Тэста – его правая рука – лишился всего: как в прямом, так и в переносном смысле. Он молча досмотрел выпуск и, устало вздохнув, выключил телевизор и прямо взглянул на Чарли Франчезе, сидевшего напротив.

Они оба были значимыми фигурами в преступном мире, боссами для своих людей, но разница между ними все-таки существовала. Если дон Гамбино считался силой, грозной и несокрушимой, то его собеседник заметно сдавал позиции. Чарли давно уже делит власть с Марко Мариотти и уступает ему, потихоньку, пядь за пядью. Это беспокоило многих, и тестя Марко в том числе. Лука всегда знал, что его зять любит власть, не деньги, а именно власть. Марко был честолюбив и крайне амбициозен, старался контролировать всё, до чего только мог дотянуться, и вносил изменения в давно устоявшуюся систему, в которой функционировала такая мощная машина, как мафия. А еще он был молод, умен и дерзок. То, как он убил Пола и то, что бросил его останки в лицо всем – своим, властям – доказывало его уверенность в себе. Так Марко заявлял, что ничего не боится. Не боится ответной реакции, не боится войны. И правильно делает: Лука не будет с ним воевать – это всегда плохо для бизнеса, – он устранит эту проблему чужими руками. Он ведь прекрасно осведомлен, для чего сегодня пожаловал Чарли Франчезе.