Эдди легко поднялся, словно только встал с мягкой постели, разом вспоминая всё, что знал о женщине Кастелло. Непростая штучка. В сторону правильных ребят такие обычно не смотрят. Но Алека не зря прозвали «Красавчиком»: женщины его просто обожали, буквально вешались на шею, а он всегда был не прочь продемонстрировать свое хваленное обаяние. Вот и ему подвернулся шанс подкатить к фирменной девочке.
Сотрудничество с чиновниками и полицией строится на взятках, компроматах и шантаже. Сажать на крючок продажных политиков и копов – постоянная практика. Когда Марко шепнули, в какие игры любит играть помощник мэра, он решил покрепче ухватить того за яйца. Тогда никто всерьез не верил, что дело выгорит, и все благородное семейство будет в кармане у мафии. Жена влияла на мужа, муж на мэра, мэр на всю городскую структуру. Они не засветили основной компромат, позволяя борделю кормиться за счет фантазий извращенца-политика, не разыграли раньше времени крупную карту, а деньги, легальные деньги, текли из бюджета по выигранным тендерам и оседали на их банковских счетах. И за это можно благодарить Дональда Палмера и его жену.
Сам Эдди женщин презирал: все до единой – слабовольные подстилки. Дуры, которые думают только тем, что у них между ног. Кто лучше трахает – к тому и бегут. Но эта Меган оказалась умнее прочих, или была настолько хороша в постели, что ради нее Кастелло предал Семью, подставил самого Эдди, а ведь он ручался за него.
– Он начал спать с ней год назад, – заговорил Ликозе.
– В задницу все, что было год назад! – наконец сорвался Марко. – Важно узнать, что за херня происходит сейчас! Эдди, – спокойнее добавил он, – Кастелло был твоим человеком, ты привел его в Семью…
Дальше можно было не продолжать, они оба прекрасно знали, что будет, если быстро не найдут чип и не замнут эту историю.
Когда за Эдди Ликозе закрылась дверь, Марко нервно взъерошил модно подстриженные темные волосы. Как же это все не вовремя! Сейчас внимание властей может стать фатальным. Скоро должна быть крупная поставка, и если они засветят канал, если накроют склады – конец всему, и не только в фигуральном смысле.
А сколько было потрачено сил на восстановление репутации! Закон Рико5 больно ударил по всей организованной преступности, перекрыв кислород и ставя точку в золотом веке Коза Ностры. Сорок лет назад Комиссия6 единогласно выбрала Доминика Мариотти – одного из боссов «Пяти Семей», контролировавших Нью-Йорк – для воплощения в жизнь грандиозного плана: отказаться от нелегального бизнеса, покаяться, отдать долг обществу, а его семье должно заниматься исключительно законной деятельностью. Им нужно было заручиться дружбой и поддержкой, заслужить доверие влиятельных, а самое главное, законных представителей бизнеса и власти. Спрятать лицо преступности за маской респектабельности. И им это удалось! Отец Марко, Антонио Мариотти, уважаемый человек, который в силу возраста ушел на покой, передав финансовый бизнес сыну. Сам живет в Неваде, управляет сетью отелей и казино. Правда, в прошлом году ему предъявили обвинение в мошенничестве, но ничего не смогли доказать, да и в игорном бизнесе это не редкость.
Марко же стал своеобразным доказательством, что не все американцы итальянского происхождения связаны с мафией. Он, в отличие от остальных лидеров Организации, вел публичный образ жизни, освещал свою деятельность в прессе и не имел проблем с законом. Услугами его финансового конгломерата пользовались крупнейшие компании страны, а сам он имел акции или долю в бизнесе многих предприятий. Сфера интересов Марко была разнообразна: от производства полуфабрикатов и строительных организаций до автозаправок и пиццерий. Он и его партнеры, не вызывая подозрений у властей, отмывали солидную часть незаконных капиталов мафии, за что получали щедрые комиссионные.
Но все это было мишурой, верхушкой айсберга. Только боссы «Пяти Семей» и посвященные – люди, которым доверяли безоговорочно – знали, что самый большой денежный поток – наркотики – контролировался Мариотти. Марко и его люди наладили бесперебойную поставку опия-сырца из Афганистана в Калабрию. В самой бедной провинции Италии, под чутким руководством местной мафии, его перерабатывали, очищали и синтезировали, затем через Канаду в Штаты поступал высококачественный героин, часть которого сбывали в Южную Америку. Иногда меняли на чистейший колумбийский кокаин, расползавшийся из Нью-Йорка по всему Восточному побережью.
Колоссальные объемы, баснословные деньги, сумасшедший риск. Если Марко проколется, то может самолично отрезать себе яйца и съесть их. Ему еще ни разу не предъявляли обвинений, и он верил, что так будет и впредь. Формально он входил в Семью Коломбо, но не имел там определенного статуса. Официально боссом был Чарли Франчезе, и Марко это вполне устраивало. На деле же они давно поделили сферы влияния: когда он обделывал дела, Чарли не лез, получая свой жирный кусок и обеспечивая прикрытие, в ответ Марко не претендовал на доходы от прочей криминальной деятельности.
