— С моими зрением и восприятием все прекрасно, умник. Они идеально адаптированы под жизненные реалии. И не парься, я прекрасно понимаю, что ты меня и остальных знать не знал, когда просочился в ликторскую программу, что у тебя были свои великие цели. Та подстава с птичками и с тем, чтобы Верховный решил, что я лазутчик и вообще не человек, — это всего лишь стратегия, которую ты экстренно разработал, когда все пошло не по первоначальному плану. Ты пришел за осколком, ты ушел в итоге с осколком, удачно прихватив между делом и меня. И я за это благодарна. Честно. Но извини уж, что увидеть все твои действия в геройском ореоле у меня не получается.
Решив, что с этой темой можно закругляться, поднесла яблоко ко рту, но нахальный жмот выхватил его и отложил в сторону.
— Если я признаюсь, что визит бледного садиста был для меня неожиданностью, с которой я не знал, что делать, поверишь? — Я безразлично пожала плечами. — А в то, что вудпа прилетели именно тогда, когда физически смогли после моего призыва, я не нарочно подгадывал. Они лишь условно разумны и управляемы.
— Тебе мое доверие для какой-то определенной цели нужно?
— Естественно, — впервые я увидела, как Мак-Грегор раздраженно закатил глаза. — Буду его к раненому самолюбию прикладывать каждый раз, когда ты с меня нимб спасителя сшибать будешь.
— Да ты, никак, злишься?
— Злюсь. Я действовал соответственно обстоятельствам, и чувствовать за это вину не собираюсь.
— Ну так и не чувствуй. Ты ведь трудился, как мог, ради выполнения задания, ага. И тогда Крорра ты чисто ради дела спровоцировал, — ввернула я.
— А то. Ему пора было прекращать мысленно дрочить на тебя, а тебе полезно увидеть его истинное личико безупречного рыцаря.
— Ой, вот об истинных обличиях я бы на твоем месте помолчала. У тебя оно вообще зеленое и в чешуе.
— Зеленый цвет благотворно влияет на нервную систему, — невозмутимо парировал Киан.
— Не на мою уж точно. Но с хвостом и крыльями ты мне нравился больше, хотя бы потому, что не ляпал похабности каждые пять минут.
— Я тебе больше скажу: с хвостом и крыльями я тебя завожу ого-го как, детка, — Ну что за невыносимый самодовольный тип. Для его человеческой ипостаси размеров самомнения виверна явно было многовато. Вон, из всех щелей прет.
— Кончай "деткать" мне.
— А ты перестань игнорировать мою безусловную привлекательность для тебя.
Я дала себе с полминуты, стуча пальцами по столу, прежде чем ответить.
— Как пожелаешь, детка, — произнесла сладеньким до тошнотворности голосом и даже ресницами похлопала. — Дорогой Киан Мак-Грегор, я нахожу тебя сексуально привлекательным до зубовного скрежета, великолепным до жути, и у тебя большой член. Все? Можем вернуться к тому моменту, где я получаю от тебя хоть какую-то ценную информацию?
— Ты уверена, что хорошо его рассмотрела, Летти? — ухмыляясь, долбаный виверн взялся за завязку штанов. — Он не просто большой, а прямо-таки здоровенный и неподражаемо прекрасный.
— Твоя регенерация позволяет отращивать хозяйство до прежних размеров? — ехидно спросила, взяв в руку скребок, которым недавно пилила сухое мясо. — Я к тому, что только попробуй сейчас достать его, а не вернуться к разговору.
— Ой, ну и сказала бы сразу, что не в состоянии держать себя в руках и говорить осмысленно, когда я голый, — Киан оставил в покое одежду и уселся напротив. — Я же вот не могу и не скрываю этого.
— То есть как только ты скидываешь портки, то сразу у тебя мозги отключаются? Хотя чему я удивляюсь, у мужиков такое сплошь и рядом.
— Ну уж извини: уродилась с такими офигенными сиськами — терпи мгновенно тупеющих самцов вокруг.
Я посмотрела вверх, делая несколько успокоительных вдохов.
— Итак, вопрос с тем, что ты довел Бронзового до невменяемости нарочно, мы выяснили. И ты однозначно знал, что он отравится, когда полезет ко мне целоваться.
— Эм-м-м… — Мак-Грегор тоже внезапно заинтересовался чем-то в районе деревянного потолка. — Я считаю всю эту ерунду про Крылатого вообще не достойной обсуждения. Давай-ка я тебе еще про камень расскажу и о наших дальнейших планах.
— Наших? — едва не повелась я, но что-то в выражении лица этого хитрована меня насторожило. — Погоди-ка. А ну давай колись. От чего такого ты пытаешься отвлечь мое внимание?
— Детка, нет ничего заслуживающего твоего внимания прямо сейчас. По крайней мере до тех пор, пока в твоем окружении не появится еще какой-нибудь придурок, желающий посягнуть на чужое, — Киан стремительно двинулся к двери, а я потеряла всего какую-то секунду, чтобы успеть предотвратить его позорное бегство. Ага, будто мне бы это в любом случае удалось.
— Что-о-о? — заорала я, срываясь с табурета, но массивная дверь уже захлопнулась у меня перед носом. — Ты на что это намекаешь, гад?
— Какие уж теперь намеки, Летти. — Судя по голосу с той стороны, поганец едва сдерживался, чтобы не заржать. — Любой, кто полезет к тебе с поцелуями, кроме меня, само собой, отравится к чертовой матери. Особо настойчивые, не способные понять с первого же раза, даже, возможно, насмерть.
