— Что-то я не припоминаю ни одного такого в своем окружении, — насмешливо фыркнула, начав натирать с особым рвением плечи и идеально сформированные грудные мышцы Мак-Грегора, и он не преминул их поднапрячь, добавляя четкости рельефу. Неисправимый позер, — Если бы повстречала такое сокровище, то вцепилась бы всеми конечностями.
— Ну так вот он я, — раскинул руки Киан, полностью возвращаясь в амплуа несносного клоуна. — Весь твой. Хватай и держи покрепче, пока никто другой не утянул.
Шутка ведь, понятно и идиоту, поржи ты, Летти, и забудь, но почему меня так клинит и все стаскивает не туда?
— На кой черт мне такое счастье, на которое кто угодно может лапы наложить, а оно не сильно и сопротивляться будет? — резко отстранившись, я обошла его и взялась тереть сзади, совсем не жалеючи. — Что легко способен получить кто угодно, мне — без надобности.
Длинные гладкие мускулы спины Мак-Грегора напряглись и на этот раз, кажется, совсем не для того, чтобы покрасоваться передо мной.
— То есть ты у нас поклонница исключительно моногамии, и случайные связи — это не наш путь? — тон его, однако, не поменялся, оставаясь легкомысленным.
— В моногамию верят либо наивные и недалекие, либо мазохисты, бестолковый ящер, — хмыкнула подчеркнуто пренебрежительно. Позвоночник Киана словно одеревенел, и он устроил сжатые в кулаки кисти на своих бедрах. — Я же с некоторых пор предпочитаю вообще не создавать никаких связей. Сошлись, разрядились, разошлись — и все на этом.
— И как часто сходиться-то случалось, красавица моя? — голос Мак-Грегора огрубел, и его "красавица" на это раз вышло глухим рокотанием.
— По мере необходимости нормальной здоровой женщины в расцвете лет, — соврала я.
Реально же на моем счету всего лишь три жалких провальных попытки, ни разу не дошедших даже до поцелуев, не говоря уже о сексе, не считая того истерического срыва с командиром в карцере, где мой оргазм был похож, скорее уж, на какое-то хирургическое вмешательство в разум и душу, давший освобождение копившемуся все время омертвению чувств.
— Вопросы еще имеются? — прокомментировала я неожиданно долгое молчание Мак-Грегора. — Или ты все еще считаешь предположительное количество моих возможных мужиков, используя свой бесценный опыт знания размеров женских аппетитов?
— Ты злишься, — констатировал виверн.
— А ты задаешь самые тупые и банальные вопросы, на которые в принципе не имеешь права, — огрызнулась я. — Ожидала от такого умника, как ты, чего-то пооригинальней, чем желание узнать, сколько же народу успело меня поиметь до тебя. Своих-то баб сосчитать всех пальцев рук и ног хватит?
Да долбануться можно, это что у нас сейчас творится? Какая-то, на хрен, полноценная семейная разборка с взаимными претензиями, и это всего только после пары быстрых перепихов? Ладно-ладно, второй был не быстрым, а вполне себе качественным, хоть и спонтанным, но дело-то не в том.
— То, что ты хоть чего-то от меня ожидала, уже греет мне душу, детка, — начал Киан сворачивать на свои обычные шутовские рельсы. — Но это не меняет того факта, что ты злишься большей частью совсем не из-за моих дебильных вопросов и вообще, собственно, не на меня, как, впрочем, и уверяет меня в том, что половина твоих ответов — вранье.
Зачерпнув полный ковш, я щедро окатила этого ясновидца водой, на самом деле желая еще и врезать по макушке. Так, хватит с меня душевных бесед.
— Станешь и дальше анализировать мой психологический портрет и, как следствие, дрочить в одиночестве? Или заткнешься, мы доберемся до постели и, наконец, славно потрахаемся? — язвительно спросила, выливая еще одну порцию жидкости.
— Психология — лженаука, и видал я ее в гробу, — сорвался со своего места Мак-Грегор, хватая меня поперек тела и подбрасывая, как куль с мукой, на плечо. — Если что и анализировать, так это способы заставить тебя кончить столько раз, чтобы твоя стервозность не включалась хотя бы пару часов подряд.
Он донес меня до крутой лестницы, развернул, поставил сразу на четвертую ступеньку и начал подталкивать вверх, умостив обе нахальные лапищи на моих ягодицах. Когда стала взбираться, Мак-Грегор умудрялся на каждом шаге куснуть или лизнуть по очереди округлости. Отмахнуться я не могла, рискуя из-за этого свалиться, мешал он реально, но, как ни странно, еще несколько секунд назад поднявшаяся пеной необъяснимая злость осела от его дурацкого поведения, и, в тому времени, как мы карабкались тем же образом по второй лестнице в спальню, я уже едва сдерживалась, чтобы не захихикать по-идиотски или не взвизгнуть, когда моей бедной заднице особенно перепадало от его нападок. Только оказались наверху, Киан опять повторил свой трюк с тасканием меня до нужного ему места, очевидно, чтобы убедиться, что я точно дойду до ложа из шкур, никуда не девшись по пути.
— Я медленно хожу? — фыркнула, оказавшись под ним, и толкнула в грудь, пытаясь перевернуть.
