Зеня лезла следом за ними, и сердце у нее колотилось от страха, но наверху обнаружилось, что всех взяли точно по плану. Пятерка крылатого Пиливара перекрыла вход в переулок, а Водайя и сам Пиливар сбросили сверху сеть.
Отряд Земолай выполнил свою часть работы, но они все равно влезли в свалку, чтобы ускорить зачистку. Вопли, слезы… Но отбивались подпольщики припрятанным оружием или просто в панике не слушались приказов, результат был один – окровавленные тела, рыдающие друзья.
А Водайя была великолепна. Она облачилась в парадный мундир и светила как звезда. Выбравшись из темноты, Зеня видела лишь Водайю, сиявшую надо всеми в черном с серебром. Темные волосы наставницы были забраны в тугой узел, а сильные руки сжимали атрибуты их профессии.
Когда Водайя сражалась, за ней маячила рука меха-дэвы.
Десятерых мятежников накрыло сетью. Трое погибли. Еще один был при смерти. Зеня прислонилась к ободранной кирпичной стене, надеясь втихаря переждать волну головокружения, пока крылатый Пиливар увел отряд за тюремными фургонами.
В переулке приземлилась крылатая Водайя. Ее щеки окрасил яркий румянец.
– Молодцы! – похвалила она. – Пава Долин, ты быстро заблокировала дверь. Пава Лийо, займись плечом.
Лийо кивнул, зажимая ладонью рану между пластинами брони.
– Команда Пиливара загрузит пленников, – пояснила Водайя, – а мы возвращаемся в Паву.
Отряд с радостью подчинился, но Зеня замешкалась. Всего на долю секунды, ради быстрой саморегуляции, но острый глаз Водайи подмечал все. Она подошла к Зене и ухватила ее за подбородок:
– Когда ты в последний раз ела?
– Сегодня утром.
Вранье. Они обе это знали. Когда Водайя стояла так близко, Зеня видела каждую морщинку на лице наставницы, и все они источали острое разочарование.
– Очередной обморок мне ни к чему, – предупредила Водайя. – Некогда снова тебя нянчить.
– Я знаю свой предел. – Зеня высвободилась.
Уж она-то знала. И подобралась к нему так близко, что только самый край поля зрения мерцал, но начальству о том знать не следовало, потому что у Зени все было под контролем.
– Пава Лийо ранен в плечо, – сообщила Водайя.
– Я знаю.
– Ничто не должно проскользнуть мимо вашей передовой позиции. Даже камень.
– Я знаю.
– Лидер – это позиция доверия. Твоя пятерка доверяет тебе. Я доверяю вам. Отличиться недостаточно. В жизни есть удача – и есть совершенство. И воин не полагается на удачу.
Остальные курсанты стояли рядом с пленниками, покорно ожидая окончания тирады. Зеня таращилась на эмблему у Водайи на нагруднике: серебряный кулак, сжимающий птичку. Одна надежда, что все закончится до того, как пятерка крылатого Пиливара вернется с фургонами.
– Если для тебя это слишком большая ответственность, скажи сразу, – велела Водайя. – Соглашаясь принять тебя обратно, я заверила Меха Петрогона, что ты заслуживаешь второго шанса. Что стоишь дополнительных затрат моего времени.
Зеня понимала, что лучше не спорить. Возражения вертелись на языке, но если позволить им отразиться на лице, это лишь удлинит нотацию. Настоящие воины умеют сдерживать эмоции. В секте мехов нет места сверхчувствительным техникам, которые плачут из-за каждого случая конструктивной критики.
Зеня прятала крамольные мысли под маской, и когда Водайя наконец высказалась, ученица согласилась, извинилась и вернулась к работе.
Однако Водайя не закончила излагать свою точку зрения. По возвращении в Паву она приказала всем сразу идти во двор, не поев, не переодевшись. Боевая подготовка.
– Мы – последняя линия обороны, – вещала она, обходя ринг по кругу. – Это постоянная бдительность. Это непредсказуемость. Призыв к оружию есть призыв к оружию. Вы реагируете независимо от того, отдохнули вы, сыты ли, мыты ли. Вы отзываетесь и сражаетесь.
Она ставила их один на один, двое на двое, трое на одного – в любых комбинациях, лишь бы держать в напряжении, без предупреждения объявляя победителей или смену состава. Даже бледный и потный Лийо не смел просить пощады.
Зеню Водайя гоняла по площадке, громко критикуя малейшие недочеты.
– Руку со щитом вниз. Слишком поздно, потеряла щит! Если у него нож, ты труп.
Или:
– Сосредоточься, Земолай! Ты купилась на его финт и открылась Долин. Враг не имеет обыкновения любезно подходить по одному.
Или:
– Это не игрушки! Тут не получится выйти из игры, набрав часть очков. Если тебе еще не подрезали сухожилия, то лишь потому, что ты сражаешься с парой младенцев. Меняемся!
Зеня бросилась на Ромила прежде, чем Водайя закончила отрывистую фразу. Первый натиск он отразил, отбив ее руки в стороны и ударив в ухо. Униженная, она провернулась в приседе, целясь оторвать ему ноги, но Ромил был готов и к этому. Каждая неудача в прорыве его защиты бесила ее все больше, и чем сильнее она зверела, тем хуже у нее получалось.
Зеня испустила вопль досады и взялась за дело всерьез. Крик напугал парня – он колебался на долю секунды дольше необходимого, и она повалила его на землю. В мгновение ока тренировочный бой превратился в уличную драку, грязную борьбу без правил и возможности удрать.
