- Здесь, под Краматорском, творится то же самое, – пожал плечами командир 3-го моторизованного корпуса генерал-полковник Эберхард фон Маккензен. – Мои части, выдвинутые к Слáвянску, на полпути напоролись на полевую оборону, кстати, весьма толковую. Там у большевиков в цепи просто до неприличия много наших же пулемётов, и они совершенно не жалеют патронов, стреляя из них в наших солдат. Скорее всего, вы правы, герр оберст-лейтенант: этот Бережной должен быть из старых офицеров, тех, кто помнит траншейные бои и то, как в Великую войну за четвёрть часа пулемётами целые полки сдувало в преисподнюю.
- А чего им жалеть наши патроны, – проворчал фон Клейст, – ведь в Лозовой и Барвенково к ним в руки попали все армейские склады 17-й армии. К сожалению, мы уже не можем наказать тех, кто повинен в таком вопиющем разгильдяйстве.
Вот только, я собрал вас не для этого. Подкреплений не будет из-за угрозы большевистских десантов в Румынии и Болгарии. Все резервы перебрасываются на побережье Чёрного моря, в котором сейчас хозяйничает русский флот.
Вы все уже слышали о разгроме Констанцы. Эти варвары не оставили от города камня на камне. Итальянский флот, получив хорошего пинка, больше за Босфор не сунется. Так что Рейх остался с русскими один на один.
Не смейтесь господа, наше счастье в том, что эти корабли в море, а мы здесь. Разрешения отступить, кстати, тоже не будет. Фюрер в ярости. И поскольку выхода у нас нет, то нам придётся побеждать. Побеждать, господа офицеры и генералы, любой ценой.
Задача номер один – деблокировать Слáвянск. Связи с гарнизоном нет, но отдельные узлы обороны держатся, передовые части слышат канонаду. Командование сводной кампфгруппой, сконцентрированной у Константиновки и состоящей из танковой дивизии СС "Викинг", 1-й моторизованной дивизии Лейб-штандарт СС "Адольф Гитлер" и 60-й моторизованной дивизии, я возлагаю на генерал-полковника фон Маккензена. Я знаю, что в частях по 30-40 процентов условно исправной техники, и её моторесурс на исходе. Фюрер обещал перебросить запчасти по воздуху, но вы видели, в каком состоянии наши аэродромы. Ждать моторов нельзя, наступать необходимо сегодня.
Я держу генерала Василевского за горло в Слáвянске, а он меня в Павлограде. Если большевикам удастся захватить Слáвянск и восстановить работу железной дороги, то их войска сразу получат снабжение, которого лишены наши солдаты. А если мы будем сидеть сложа руки, то это всего лишь дело времени.
Наступление назначено на завтра, за час до рассвета. Удар наносится по линии Дружковка-Краматорск. По данным разведки, вражеских танков в полосе вашего прорыва нет, они сейчас находятся где-то за Артёмовском и быстро прибыть не смогут. Так что против вас будет только небольшое количество русских лёгких самоходок. Надеюсь, оберст-лейтенант Клозе не опозорит панцерваффе и в первых рядах ворвётся на русские позиции. Хайль Гитлер!
Район сосредоточения немецкой техники был выявлен воздушной разведкой заранее. Клейст, ещё в десятых числах января обнаружив концентрацию советских войск в районе Изюма и Красного Лимана, сделал соответствующие выводы, создав в районе Сталино мощную моторизованную группировку. В эти части была передана вся исправная техника, а личный состав по возможности доведен до штата. Кампфгруппа должна была ударить во фланг нашим войскам, теснящим части 17-й полевой армии.
Но всё пошло не так, как планировалось, и 17-я армия не была теснима с фронта, а разгромлена ударом с тыла. Однако цель для кампфгруппы всё равно нашлась – несколько советских батальонов, упрямо перекрывающих непобедимому вермахту путь к победе.
И вот настал звёздный час немецких танкистов. Поступил приказ, и механики-водители запустили масляные печки на прогрев. Правда, эта процедура имела последствия, о которых немецкие танкисты и не подозревали. Где-то высоко-высоко в небе разведывательная аппаратура патрульной "сушки" засекла россыпь новых источников тепла, не являющегося открытым огнём. Маскировка немецких танкистов полетела к чёрту, и слово "район сосредоточения" обрело координаты с точностью до метра. Из тяжёлого беспокойного сна в своём штабном автобусе был поднят генерал-лейтенант Василевский, и военная машина завертелась. Пятнадцать минут потребовалось, чтобы срочно связаться с Москвой и получить у абонента "Иванов" разрешения на применение изделия "Тайфун".
И вот уже восемнадцать установок медленно поднимают к небесам пакеты пусковых. Есть разрешение вождя на один залп дивизиона термобарическими боеприпасами. Не выспавшиеся, а потому злые как собаки офицеры дивизиона готовят данные для стрельбы. Морские пехотинцы, танкисты, лётчики, моряки воюют с самого первого дня. А вот они, офицеры и бойцы тяжёлого дивизиона РСЗО не сделали по врагу ни одного выстрела. Но теперь подошла и их очередь.
