Помощник Уполномоченного по Мосырскому сельскому району в ПГТ «Привольный» обязал всех сдавать лично ему на подворье сахарную свеклу и часть картофеля, обложив для этого жителей своим личным продналогом. Гнал в околопромышленных масштабах самогон и поставлял его в кабаки Мосыря, имея с этого неслабый доход. На это тоже смотрели сквозь пальцы. Как и на такие мелочи, как выселение семей бывших недругов из их домов в малоприспособленные для жилья строения; произвол в распределении прод. помощи из Центра; «моральное разложение в быту», ставшее у Уполномоченных почти что и нормой.
Сам Громосеев, имея крепкую семью, любящую жену, престарелых родителей и детей, двух девочек-близнецов, органически не переваривал таких субъектов, вдруг и, явно незаслуженно, получивших, в это смутное время, власть над людьми. Это знали, это ценили, и потому отряд Громосеева одним из первых, как только появилась такая возможность, получил и экипировку с армейских складов длительного хранения (всё равно ведь всё разграбят), и некоторое количество армейского вооружения и боеприпасов. Его даже, с его отрядом, как одну из наиболее боеспособных единиц Района, привлекали к локальным операциям в районах соседних.
Он не хотел ссориться с соседями; с такими же, как и он «уполномоченными» невесть кем и невесть для чего, но, внезапно, ставшими единственной реальной властью в сельской глубинке. Некоторые случаи были поистине настолько вопиющи, что он вынужден был участвовать.
Буквально на прошлой неделе силами трёх таких же, как у него «летучих местных отрядов по охране правопорядка» (в просторечии и по исторической аналогии, называемым в народе «ЧОНами», Частями Особого Назначения, большую роль сыгравшими в начале прошлого века в подавлении различных крестьянских выступлений) и частью неполного состава пехотной роты, приданной из Лебеля, они осадили и, после недолгой перестрелки, взяли усадьбу одного из «уполномоченных», переродившихся со своими приближёнными в настоящую банду; грабивших и убивавших не только «эвакуируемых» из городов, но и не брезговавших банальным разбоем на дорогах.
Бывший «уполномоченный» был убит во время штурма, приближённые повешены во дворе, семьи их этапированы в один из «эвако-лагерей», где царила зверская, поистине лагерно-гулаговская дисциплина; находившиеся в усадьбе заложники и, в основном, «заложницы» (от 14 лет и до 35), служившие бандитам для обслуживания быта и плотских удовольствий, освобождены и расселены по сёлам района.
Да, это было хорошо и правильно, это он вспоминал с удовольствием.
А вот решать такие вот, как в Озерье, мутные и путаные конфликты — это было противно и чревато ошибками. Фатальными, причём, ошибками!
Имея изначально информацию только от своего помощника в Озерье, «старосты» Бориса Андреевича, человека, как он оценивал, недалёкого, глуповатого и ленивого, но верного; он был настроен быстро навести порядок: наказать (репрессировать) виновных — а по подаче Андреича это были эти самые «Вовки», постоянно вылезавшие на прежних ещё собраниях с какими-то неуместными «предложениями» и объективно подрывавшими авторитет его, Уполномоченного; быстро «установить правопорядок» и заниматься другими, более важными делами — в частности, как правильно сейчас сказал Вадим, нужно было кровь из носу, но изыскать топливо для уборочной, даже не для самой уборочной, а для транспортирования урожая с поля к складам. Да, это была та ещё проблема- с топливом было плохо, и речь уже шла о рейде в соседний район, находившийся вне контролируемой территории, где некие «коммерсанты», вдруг почувствовав, невесть с чего, себя «самостоятельными и неподотчётными», плотно сели на нефтебазу и наладили откуда-то поставки горючего, которое продавали и меняли по поистине сумасшедшим ценам — что тянуло за собой, соответственно и резкое подорожание жизни в соседних областях…
Совет Уполномоченных, как неофициальный, но влиятельный орган, рассматривал вариант с захватом этого важного топливного центра со всей инфраструктурой; и Громосеев сейчас точно бы не стал отвлекаться на такие мелочи как пропажа пары человек или бытовые убийства в заштатной деревеньке, если бы не внезапный этот рейд бывших оршанских гастарбайтеров, захвативших было церковь, да так и полёгших почти в полном составе под огнём, невесть откуда взявшегося у этих же «вовок-вовчиков», автомата.
Такие вещи необходимо держать под контролем; несмотря на то, что объективно кто-то опять, к счастью, решил одну из его проблем, Уполномоченный считал, что оставлять бесконтрольно такие вещи как возможность казнить и миловать неправильно, «не по понятиям». Иначе что ж это получается: сегодня они перережут дембелей-бандитов, завтра перестреляют гастеров, а послезавтра, когда он, Уполномоченный, приедет за продналогом, встретят огнём и его??.. Неееет, такие вещи нужно давить в зародыше!
