Его слушали, кто угрюмо, кто удивлённо вытаращив глаза, кто с опаской косясь на вооружённых дружинников. У всех парней были в толпе родственники, семья; но каждый чувствовал себя одиноким, виноватым перед Витькой и перед товарищами — зачем убежал? Двое с винтовками, «ближний круг» Витьки, Лещинский Мишка и Юрка Шевцов, волками посматривали как на односельчан, так и на своих приятелей из дружины. Им Витька ясно и понятно объяснил суть дела, и они, гордые доверием, готовы были стрелять в любого возразившего.
— … его жена, Инесса, знала кто виновен в смерти мужа! И чтобы замести следы, чтобы навсегда уничтожить единственного свидетеля, этот мерзавец, Владимир Хорь, со своими подручными, женщинами лёгкого поведения из Мувска…
Мэгги с озлобленным выражением на лице шагнула было к юристу, чтобы врезать негодяю от души по морде, но, натолкнувшись на взгляд Артиста, осеклась и отшагнула назад, в толпу. Прикрыла лицо краем платка. В толпе недоумённо переглядывались.
— … после подлого теракта, когда только чудо спасло от смерти и травм и детей Инессы, Альберта и Кристину, негодяи хотели добить их. И только своевременное прибытие дружины спасло положение. Завязалась перестрелка…
В толпе переглядывались ещё недоумённее. В изложении парней, дружинников, хотя те особо-то не распространялись о произошедшем, всё это выглядело совсем по иному. А те и приободрились. Вон оно что! Засада, перестрелка! Мы, значит, отбивались! Бой был и всё такое! Ну, может в темноте я-то что не разобрал, но ведь стреляли же?? — стреляли. Кто-то стрелял. Значит бой. Значит, мы это… сражались! Ну да! Так всё и было! Ну и… и я стрелял, а как же! Бой так бой!..
— … Мерзавцы отступили! Но Инессу спасти не удалось… — он сделал трагическую паузу и после неё продолжил, — Она умерла в муках! Оставив двух сирот без средств к выживанию! Вы можете представить, каким нужно быть негодяем, чтобы поднять руку на женщину, на мать двух детей, на вдову, наконец! Убить её, убить подло, да ещё таким бесчеловечным способом! Её стон до сих пор звучит в наших ушах!!..
В толпе зашмыгали носами, впереди стоящие бабки стали прикладывать к глазам уголки платков, жалея Инессу. Хорошо говорил приезжий законник, хорошо, душевно!
— Мы не можем спустить подонкам этой подлой выходки! Мы должны положить этому конец! Все вы знаете, какое сейчас трудное время. По независящим от нас причинам мы оторваны от привычного жилья, от своих профессиональных занятий. Мы вынуждены самым чёрным ручным трудом добывать себе пропитание!..
Тема была актуальная и в толпе тут же послышалось «- Масло пусть завезут! Керосину! Что ж это делается! Когда этому конец придёт!.. А сами-то жируют, им Уполномоченный паёк с Никоновки привозит!..» и юрист поспешил вернуться к Инессе:
— Мы должны — сами, самостоятельно! — положить конец произволу и недопустить повторения подобных вопиющих случаев! Как недопустить?? — уничтожить, стереть с лица земли подлых террористов, этих негодяев, окопавшихся по соседству…
Тут же сообразив, что с этим он, пожалуй, что и перегнул палку, поправился:
— … недопустить их дальнейших выходок, их появления в нашем селе! Сплотиться как один человек и дать отпор мерзавцам!..
Тут получилось незапланированно-удачно: из толпы выбрался Альбертик; с перебинтованными из-за ожогов руками, с ненавистью на худом землистого цвета личике:
— Мне дайте оружие! Мне! Я этого Хоря лично убью!! За маму, за папу! Дайте мне оружие — я отомщу!!
Витька испуганно взглянул на Хозяина, — это не было запланировано. Тот, обозначив улыбку на лице, чуть кивнул: мизансцена получалась удачная. Толпа смотрела во все глаза, бабки вовсю шмыгали носами, сморкались, вытирали слёзу. Удачно сопляк вылез, ага. «…А через день с листа многотиражки Из чёрной рамки он смотрел с улыбкой И нас безмолвно мужеству учил». Удачно, да.
Поняв что нужно делать, Витька подошёл к Сашке Веретенникову, мозгляку — художнику, который ещё не знал, что в дальнейшем ему суждено в этом концерте сыграть самую главную роль, и забрал у того своё бывшее оружие — двустволку с собственноручно выжженном Витькой на ложе черепом и костями. Не забрал, а вырвал у него из рук, грубо и демонстративно. Сашка недоумённо выкатил глаза под толстыми стёклами очков, но промолчал… Витька же торжественно вручил двустволку пацану:
— На! Отомстишь. Завалишь гада.
— Молодое поколение… — юрист спешно соображал, как озвучить произошедший акт, он не привык к экспромтам, — Молодое поколение… берёт в руки оружие… чтобы встать в ряды… эээ… занять своё место… чтобы…
Он откашлялся и начал вновь по приготовленному вчера тексту:
— И для того чтобы сплотить наши ряды мы должны очистить их от тех, кто позорит нас, из-за чьей трусости и подлости гибнут или подвергаются опасности наши товарищи!.. Жестоко наказать, чтобы…
— О чём это он? — громко спросил кто-то из толпы сельчан.
